Теперь следует ждать реакции. От ее ожидания у меня холодит под ложечкой. Это страх. Что есть страх? Отсутствие информации.
АБУ КАМИЛЬ
Похороны были помпезны и многолюдны. Нагромождения венков, караваны лимузинов, гроб, похожий на лежащий плашмя комод, столпотворение черных изысканных костюмов и платьев, холеные лица хозяев жизни с подобающими случаю гримасами печали, верзилы-гвардейцы, застывшие с карабинами…
Абу без труда смешался с этой толпой. Камера, встроенная в букет с цветами, безотрывно фиксировала участвующих в скорбном действе персонажей.
То и дело он нажимал кнопку телефона, отмечая того или иного абонента, откликавшегося на его вызов. Из списка номеров, скопированных им из телефона директора, ему удалось выявить более десятка присутствующих здесь людей.
Как он уяснил, особенно частыми были контакты покойного с неким Праттом, оказавшимся на поверку респектабельным пожилым господином лет шестидесяти: лысоватым, слегка сутулым, с одутловатым лицом и злым испытующим взором. Абу отчего-то казалось, что этот американец являлся наиболее близким другом и сподвижником директора, и наверняка посвящен во многие тайны, а уж в тех, ныне давних сентябрьских событиях, несомненно сыграл существенную роль. А может, кто знает, именно он избавился от сотоварища, ведь взаимоотношения приносящих здесь соболезнования лиц, в чем Абу ни на йоту не сомневался, были лицемерны и враждебны, несмотря на выражения взаимных симпатий и всяческие учтивые ужимки. И конечно же в толпе присутствовали покровители убийц. Однако так или иначе, но олицетворением всеобщего американского зла в сознании Абу являлся Пратт, к которому при первом же взгляде на него возникла стойкая неприязнь.
Отзвучал прощальный салют, мягко упали горячие гильзы на траву, припорошенную влажной землей, потянулись к своим роскошным автомобилям отдавшие последний долг, и примеру их последовал Абу, примечая, как сутулая фигура подходит к большому черному «мерседесу», чью дверь уже распахнул шофер.
Охраны с Праттом не было. И это открытие заставило Абу поехать вслед за соратником главного врага, оказавшегося теперь в вечном одиночестве, ставшего частью земли и деревьев.
Навыки слежки, усвоенные им в школе разведки, в который раз пригодились: он незаметно, но неуклонно двигался за «мерседесом», подъехавшим к огромному участку, обнесенному каменным массивным забором. За его карнизом, увитым лианами отцветшего хмеля, виднелась вилла с белеющими колоннами парадного входа.
«Мерседес» минул кованые ворота, автоматически распахнувшиеся перед ним, Абу же проехал по дороге дальше, свернув на боковую улочку. Здесь впритык друг к другу теснились одинаковые, словно из-под штампа, скромные дома средних американцев. Остановив машину в тени разлапистого дерева джошуа, он задумался о своих дальнейших действиях.