— Я удивлен так же, как и вы, — ответил Джош. Комната была плохо освещена, и на всем лежала зеленая тень, но почему-то глаза Алистера оставались яркими, бледно-голубыми.

— Не время для болтовни. — Дом лениво зашел в конференц-зал, большие пальцы просунуты в петли для ремня, пиджак пропах сигарным дымом — слава богу, хоть сейчас не курит. — Ваши люди проведут нас в гостиницу, Уинтроп?

— Наш контакт из сотрудников гостиницы, Барачник, может предоставить Джошу униформу и вывести на работу. Джош, вас направят к Соколову, вы проведете его наверх, сделаете свое дело и выйдете. Барачник встретит вас перед этим в ресторане, в двух кварталах южнее и в трех кварталах восточнее гостиницы, он поймет, что это вы, по этой сложенной газете в ваших руках. — Алистер передал ее через стол. — Он подойдет к вам и задаст вопрос про оперу, заметив статью о ней в газете. Ответите, что вы не следите за этими новостями. Он проводит вас в гостиницу и проинструктирует — очень быстро. Вы не появитесь на людях до нужного момента. Все ясно?

— Он понял, — сказал Дом.

— Хотя я разделяю вашу уверенность, предпочитаю услышать, что он согласен, лично от него.

— Я справлюсь, — сказал Джош. — Спасибо, что все устроили. — Во рту у него пересохло.

— Мой дорогой друг, это меньшее, что я могу сделать. Вы всегда можете рассчитывать на услуги Ее Величества. Все для колоний и так далее.

***

Гейб заметил Морозову в толпе на входе в «Интернациональ»: у нее был даже бейдж с именем, Таня говорила с женщиной в униформе, должно быть работницей гостиницы. Здесь под прикрытием, видимо. Он ждал, опьяненный адреналином и виски, пока беседа Морозовой не переросла в ссору с размахиванием рук. Кто из них первой вонзит собеседнице нож? Оказалось, никто. Они пожали друг другу руки, и работница удалилась, словно в траншеи проигранной войны. Морозова осталась любоваться изобилием парниковых роз в уродливой вазе у окна. За окном падал снег.

— У нас есть сказка об этом, — сказал он по-английски, когда подошел к ней. — Розы и снег. Порой добавляется кровь, ворон или что-то еще.

Она не подала виду, что заметила его приближение, но и не удивилась, когда он заговорил.

— У нас тоже. Возможно, ваша произошла от нашей.

— Вам разрешают рассказывать сказки?

— Ты когда-нибудь пытался запретить кому-то рассказывать сказки?

Гейб пожал плечами и уступил.

— Ты сегодня здесь в своей роли?

— У атташе по культуре есть свои обязанности, в том числе — наблюдать за организацией конференции и следить, чтобы делегатам было комфортно.

Чушь.

— О чем вы спорили? О комфорте делегатов?