– Живут они в старом желтом доме на южной окраине.

– А ну заткнись к чертовой матери, Джо! – зарычал бармен.

– Чего это ради? – возмутился человек в углу. – Если они собираются разыскать сучку…

– Да? – вмешался мужчина, с которым мы говорили на улице. – А если они ее не поймают и она узнает, что ты им поспособствовал?

– Ох… – донесся испуганный шепот, и это было последнее, что мы услышали от парня в тени.

– Второй раз повторять не собираюсь, – заявил бармен. – Допивайте и уходите.

Похоже, умнее всего было последовать сему приказу – атмосфера в заведении становилась весьма неуютной. Страх оказывал на невежественных людей свое обычное действие, будоража их и располагая к насилию, и я решил, что лучше бы нам выбираться отсюда и, быть может, заодно из города. К сожалению, мисс Говард смотрела на вещи иначе. Когда я похлопал ее по плечу и направился к двери, она пошла следом – но как только мы поравнялись с концом барной стойки, еще раз остановилась окинуть взглядом сборище лиц в помещении и осведомилась:

– В этом городе ее боятся все мужчины?

Понимая, что сейчас она определенно переступает пределы того, что эти ребята еще могут вытерпеть тихо, я аккуратненько вытолкал мисс Говард за дверь, а там и к бричке, хотя радости особой ей это не доставило: она была не из тех женщин, кто отступает перед мужскими угрозами и запугиванием, а поведение мужчин в баре лишь добавило ей решимости остаться в Стиллуотере и что-нибудь выяснить. Поэтому, забравшись в повозку, мы в итоге, вместо того, чтобы править на север и прочь из города, погнали дальше на юг, пока не подкатили к старому обветшалому дому. Некогда это здание, возможно, и было желтым, но сейчас представляло собой попросту массу засохших вьющихся побегов и облезающей краски. В одном из окон виднелся тусклый свет лампы, перед ней раз или два мелькнул человеческий силуэт.

– Зайдем? – спросил я, в надежде, что, может, мисс Говард еще как-нибудь передумает.

– Разумеется, зайдем, – быстро ответила она. – Я хочу знать, что за дьявольщина здесь стряслась.

Кивнув, как говорится, с покорностью, я спустился с брички и последовал за мисс Говард в брешь поломанного штакетника, окружавшего заросший передний двор. Мы подошли к парадной двери, и мисс Говард собралась было уже постучать – но тут я заметил что-то в темноте пообок дома.

– Мисс, – пискнул я, толкая ее локтем и указывая, – может, взглянете туда…

Обернувшись, мисс Говард проследила за направлением моего пальца и увидела черные развалины на соседнем участке. То явно были руины другого дома – по краям располагались две потрескавшиеся дымовые трубы, и даже при неверном свете луны можно было различить пару чугунных печей и кое-какие предметы ванной комнаты – ванну и раковину, – лежащие в обломках. Посреди всего этого пробивались молодые деревца и кустарник, свидетельствуя, что пожар, разрушивший это место, приключился довольно давно.