— Осмотр места преступления в «Ика Макси», — сказал Муландер и повернулся к Лилье. — Установлено, что преступник скрылся через служебный вход и уехал на велосипеде.

— Я в курсе, — солгала Лилья и допила кофе.

— А что у нас есть на убитого Леннарта Андерссона? — спросила Тувессон.

— Не более того, что он был разведен, занимался спортом и, похоже, интересовался генеалогией, — сказал Утес. — Я разговаривал с его бывшей женой, которая не может прийти в себя от шока. По ее словам, он был одним из лучших людей, которых она знала.

Тувессон кивнула.

— Какие-то новые теории о том, какой мотив здесь может быть? Кроме того, что кто-то решил положить начало расовой войне, как предположил Фабиан.

— Нет, пока новых идей нет. Но бывшая жена дала мне список всех его друзей и знакомых, который я сейчас прорабатываю. Помимо этого, я запросил все записи с камер слежения за неделю до убийства, и, надеюсь, они смогут что-нибудь дать.

— Ладно. Давайте перейдем к Вессман и скрытым веб-камерам, которые, как я понимаю, были найдены и в других квартирах. — Тувессон подошла к доске, где освободила место для еще нескольких жертв рядом с фотографиями и заметками о Молли Вессман.

— Да, пока я нашел еще четырех женщин, которые находятся под наблюдением, — сказал Фабиан, стараясь не обращать внимания на Муландера, который сразу стал смотреть в его сторону, как только он открыл рот. — Если верить Лине Парнеруд из «Фиберболагет AB», за время ее работы в компании Христофор Коморовски тянул кабели по двенадцати разным адресам. Сколько квартир у него было до этого, можно только догадываться.

— А эти четверо, у них камеры тоже в ванной и в спальне?

— Ответ «да», — сказал Муландер, наконец перестав смотреть на него.

— И как дела с их квартирами, ты ими занимаешься?

— Типа того. Я еще не был у них.

— Почему не был? — спросила Лилья, наливая кофе в свою чашку.

— Во-первых, я думаю, что мы можем предположить, в данном случае речь идет о таком же расположении и моделях камеры, что и в квартире Вессман.

— А во-вторых?

— Этот вопрос я переадресую господину Риску, потому что именно он недвусмысленно попросил меня пока оставить камеры нетронутыми. — Муландер снова повернулся к Фабиану. — Ты можешь быть абсолютно спокоен. Я полностью с тобой согласен. Иногда не стоит будить медведя в берлоге. — Он улыбнулся и едва заметно подмигнул одним глазом.

— Я спокоен, согласен ты со мной или нет. — Фабиан ответил на взгляд Муландера, однако не удостоил вниманием его улыбку, после чего повернулся к остальным. — Боюсь, он поймет, что мы напали на его след, если мы начнем снимать и осматривать все его камеры.