Райнеманн положил свои полные, но изящные руки на перила и посмотрел вдаль:

— Застраховаться можно лишь вот как, — тихо произнес он. — Дайте радиограмму в Берлин. Пусть Альтмюллер приезжает сюда. Иначе обмен не состоится.

10

10

— Алло?.. Алло, — произнесла Джин сначала заспанным, а потом изумленным голосом.

— Это Дэвид. У меня нет времени извиняться. Я хочу увидеться с тобой. Немедленно.

— Дэвид? О боже!..

— Через 20 минут я буду у тебя в кабинете.

— Ради бога…

— Приди, пожалуйста. Ты нужна мне, Джин! Нужна!

Джин встретила его у посольства. Вместо слов она сильно сжала ему руку.

Войдя в кабинет, Джин обняла Дэвида. Он почувствовал, как она дрожит.

— Дэвид, прости меня, прости, прости. Я себя вела ужасно. Как дура.

Он взял ее за плечи:

— Тебе очень нелегко решить, как быть со мной, да?

— Подчас кажется, у меня нет сил. А ведь я всегда считала себя волевой… Не надо. Пожалуйста, не надо… ни во что больше впутываться.

— Тогда ты должна мне помочь.

Джин отстранилась от него: