Оказавшись у себя в комнате, я сразу запер дверь. Места тут было немного, но я неустанно расхаживал из угла в угол, размышляя про Вьетнам, Джейсона и своего отца – гоняясь за мыслями, как собака гоняется за собственным хвостом. Бросившись на кровать, я представил себе прыжок Роберта с Чертова уступа – крест его тела, словно приколоченный к этому высокому бледному небу. Но даже он оказался чересчур мягок для этой войны.

А вот Джейсон…

Еще в свой самый первый год во Вьетнаме, с первого же дня он угодил в самую гущу боевых действий, по тылам не отсиживался: глубоко законспирированная разведка, поиск и уничтожение, вылазки за линию фронта и государственные границы… В этот первый год Джейсон был повышен в звании прямо в боевой обстановке, заработал два «Пурпурных сердца» и «Серебряную звезду». Дарзелл достаточно ясно выразил свои чувства по этому поводу.

«Люди о нем уже даже тогда говорили…»

А вот мы про это ни черта не слышали.

Хотя Джейсон, судя по всему, произвел впечатление на каких-то важных людей, поскольку когда ему продлили контракт на следующую командировку, то приписали к экипажу бронекатера под командованием мастер-чифа[51] подразделения «морских котиков». Кроме Джейсона, в состав экипажа входили полковник южновьетнамской армии с приданными ему тремя южновьетнамскими же десантниками. Главной задачей этой шестерки были поиск и спасение подбитых пилотов в демилитаризованной зоне. За первые шесть месяцев они спасли одиннадцать американцев, в том числе лейтенанта морской пехоты с пулей в легких и обеими перебитыми ногами. Под плотным огнем Джейсон вытащил его из разбитого реактивного самолета и целых четыре мили тащил сквозь густые джунгли, и сам получив две пули за свои труды. В итоге – второе «Пурпурное сердце» и «Военно-морской крест». Никто из нас об этом тоже не знал, но Дарзелл тогда испытал чувство обиды за друга.

«Это должна была быть “Медаль Почета”! Спроси у любого морпеха».

Никто не мог подвергнуть сомнению решимость и храбрость моего брата. Получал он и другие благодарности и награды. У Дарзелла на этот счет имелись и другие истории.

Но все остальное…

То, что произошло потом…

Я поднялся с кровати, слишком взвинченный, чтобы удержать голову на подушке. Комната по-прежнему оставалась тесной коробкой, но я все равно продолжал расхаживать взад и вперед.

А что еще я мог сделать?

Если серьезно.

31

31

Икс велел привести Джейсона в подвал, и в глазах его светилось нетерпение, когда молодой человек вошел в камеру. Это была последняя камера в ряду – та, в которой он хранил свои завершенные полотна. Десятки их висели на уровне глаз; еще сотни были стопками расставлены по стенам.