Сердце бешено колотилось в моей груди, прижатой к древесине, и отдавалось барабанным боем в голове.

Я посмотрел вправо, но смог различить лишь контур Макгреевой спины. Он тоже лежал распластавшись и держал револьвер наготове. И что-то еще. Я сощурился, пытаясь разглядеть предмет в его руке, и вспомнил о пузырьке с кислотой, который Макгрей забрал себе после нападения на островную клинику.

И тут слева от меня что-то пошевелилось.

Я скорее почувствовал это, чем услышал, – будто невидимый паук полз по мне с той стороны – и не сумел сдержать возглас ужаса, когда на краю стеллажа показались чьи-то толстые пальцы.

Все произошло одномоментно.

Макгрей взревел. Я услышал, как он бросил пузырек и как разбилось стекло, услышал отвратительное шипение и как справа мужчина взвыл от боли. В тот же миг слева от меня крепкая рука хлопнула по крышке шкафа – да так близко, что я увидел грязь под ногтями ее обладателя.

Перед моим лицом возникла вторая рука. Я увернулся, лихорадочно нащупывая револьвер, а возле ног моих показалась еще одна пара рук.

Я услышал, как Макгрей выстрелил и куда-то перепрыгнул, но высматривать его у меня не было времени. Я вскочил на ноги – руки все тянулись ко мне. Ворон каркнул – балка, на которой он сидел, оказалась на уровне моей груди, – и тут одна из рук схватила меня за лодыжку.

Я подскочил, повис на дубовой балке, уцепившись за нее правой рукой, словно крюком, и не целясь выстрелил. Рука разжалась, и ее хозяин, повалившись назад, с глухим ударом приземлился на пол. Не далее чем в двух футах на стеллаж запрыгнул еще один тип – мебель громко затрещала под его весом.

Я не раздумывая взобрался на балку и пополз по ней прочь. Ворон расправил крылья и прицелился мне в глаз своим черным клювом. Я с размаху врезал чертовой птице рукояткой револьвера и от резкого движения сам чуть не свалился вниз. Будто дохлая муха, ворон приземлился рядом с крупным мужчиной, что корчился на полу, – от его одежды поднимались кислотные испарения. На другом конце стеллажа тот, кого я только что подстрелил, держался за окровавленное плечо.

Я услышал, как сзади ко мне приближается второй мужчина – шкаф едва не просел под его грузными шагами, – и я быстро пополз к середине балки, подальше от стеллажей. Я передвигался, опираясь на колени, здоровую ладонь и локоть раненой руки, задыхаясь, когда накатывала очередная волна головокружения, и поглядывая на бедлам, который творился внизу.

Шесть или семь ведьм, вереща, будто хищные птицы, мчались в сторону Макгрея. Долговязый человек, несомненно библиотечный клерк, рвал на себе волосы – а вокруг него мелькали их плащи.