– Это наш последний шанс отыскать компромат Хэнлона.

– И где он его, по-твоему, спрятал?

– Дома, – пожала плечами Агата.

– Ох, только не говори мне, что мы едем…

Большую часть ночи Арчи продремал в повозке, а под утро выбрался наружу и немного размялся. Агата как раз остановила лошадей, чтобы они немного отдохнули и пожевали травы. Останавливаться на постоялых дворах она побоялась. Герцогиня могла искать её.

– Далеко еще? – зевая, спросил Арчи.

– К вечеру доберемся.

Арчи немного помялся, потом предложил:

– Давай поменяемся?

Агата постаралась не рассмеяться, чтобы не обидеть друга.

Арчи боялся лошадей даже больше холодного оружия. Он никогда не ездил верхом. Сегодня он просидел на козлах ровно до того момента, пока одна из лошадок не махнула хвостом в его направлении. Парень после этого широкого зевнул и попросился внутрь повозки.

– Все в порядке.

Арчи не стал сопротивляться. Он смущенно кивнул и растянулся на полянке рядом с Агатой. Лошади мирно щипали травку в некотором отдалении.

Девушка подняла взгляд на восходящее над горизонтом солнце, и в который уже раз за ночь задумалась, что же ей делать. Письмо из дома жгло карман. Страшно хотелось вскрыть его и узнать, есть ли у неё шанс. Она и сама не могла понять, почему до сих пор этого не сделала.

«Возможно, я боюсь потерять надежду?», – подумала она.

– Хм, – подал голос Арчи.

– Что?

– Не знаю, должен ли я кое-что рассказать о себе…

Парень с показным пренебрежением отвернулся, но Агата отлично поняла его чувство.

Стыд.