Теперь уже Дулепов занял позицию Клещева.

– Может, оно и к лучшему, – сказал он. – Из слов Клещева следует, что Долговязый слежки не заметил. Лично я не вижу проблем, кинем все силы на Гнома, а там и Долговязый выплывет.

– Согласен, – поднял руки вверх Сасо. – Но вопросы все же остаются. Где гарантия, что среди штабных нет еще одного агента красных?

– Всякое может быть, – кивнул Дулепов. – Но если и есть, его еще надо раскрыть. В случае с Гномом все по-другому. Гном фактически у нас в руках, и при правильной организации работы – Долговязый тоже. Через них мы получим выход на русского резидента. Возьмем резидента – обрубим каналы связи, а без них вся эта шушера гроша ломаного в базарный день не стоит.

– Давайте не будем загадывать, Азалий Алексеевич, – остудил его пыл Сасо. – Гном, Долговязый – это прекрасно, но надо искать и другие подходы к резиденту.

– А вы отдайте мне Люшкова, и дело быстрее закрутится, – закинул удочку Дулепов. – Красные за ним давно охотятся, а я могу использовать его как приманку. Мы ведь, кажется, уже говорили об этом.

– Хорошо! Забирайте хоть сегодня, я дам команду, – согласился Сасо.

– И последнее: подкиньте деньжат, а то на этого жеребца, я Люшкова имею в виду, точно не хватит.

– Присылайте счета – оплатим! – уклончиво сказал Сасо.

Когда он ушел, Дулепов первым делом допил коньяк и зычно гаркнул:

– Ротмистр!

– Слушаю, Азалий Алексеевич, – показался в дверях Ясновский.

– Что, брат, погарцевать не хочешь? – ухмыляясь, спросил Дулепов.

– Вроде не жеребец, – настороженно произнес ротмистр, не зная, чего ему ожидать.

– Ой ли? – Дулепов рассмеялся и полез в сейф. Достал оттуда пачку денег и протянул Ясновскому: – Забирай, тут на неделю хватит пошататься по борделям и кабакам.

Брови Ясновского поползли вверх.

– Что, удивил я тебя? Слушай оперативную задачу: водку жрать и баб щупать будет Люшков, отдали нам его японцы. А тебе придется смотреть, чтобы эта скотина раньше времени с копыт не свалилась. Ну, сволочь совдеповская! – В душе старого жандарма проснулась лютая ненависть к бывшему энкавэдэшнику. – Сколько нашего брата пустил в расход, а японцы носятся с ним как с писаной торбой! Как же, обещал самого Сталина хлопнуть! Какого, на хрен, Сталина? Мы ему лучших людей выделили, и где они сейчас?

– Один Пашкевич чуть живой вернулся, – вздохнул ротмистр.

– Пашкевич? – взвился Дулепов. – Да Пашкевич такая же сволочь, как и сам Люшков. Я на сто процентов уверен, НКВД его перевербовало. Жаль, не успели расколоть, подох раньше времени. Ладно, дело прошлое.

– Можно вопрос? – замялся ротмистр.