– Нет, его молодость. Я всегда представлял его ворчуном средних лет. А ему было лишь тридцать два года, когда он погиб под Босвортом.

– Скажите, когда Ричард взял принца под свою опеку в Стоуни-Стратфорде, он разогнал всю толпу, приехавшую с мальчиком из Ладлоу? Я хочу спросить, удалили ли от мальчика тех людей, в окружении которых он рос?

– О нет. Его наставник, доктор Элкок, к примеру, приехал с ним в Лондон.

– Значит, никто не спешил избавиться от сторонников Вудвиллов, от всех, кто мог настроить принца против Ричарда?

– Похоже, что нет. Разве что арестовали тех четверых во главе с Риверсом.

– Верно. Регент сработал четко. Я восхищаюсь Ричардом Плантагенетом.

– Мне он тоже определенно начинает нравиться. Ну а сейчас я, пожалуй, пойду осматривать Кросби-плейс. Ужасно хочется своими глазами увидеть дом, в котором жил Ричард. А завтра мне достанут мемуары Коммена, и я сообщу вам, что он пишет о событиях в Англии в тысяча четыреста восемьдесят третьем году и о том, что рассказал Совету Роберт Стиллингтон, епископ Батский, в июне того же года.

Глава десятая

Глава десятая

В тот летний день 1483 года, как выяснилось, Стиллингтон сообщил Совету, что он обвенчал Эдуарда IV с леди Элеонорой Батлер, дочерью первого графа Шрусбери, еще до женитьбы Эдуарда на Елизавете Вудвилл.

– Почему же он молчал так долго? – спросил Грант, переваривая сенсацию.

– Эдуард велел ему держать язык за зубами. Вполне естественно.

– У Эдуарда, похоже, было пристрастие к тайным бракам, – сухо заметил Грант.

– Должно быть, ему тяжело пришлось, когда он столкнулся с такой неприступной добродетелью. Тут уж не могло помочь ничего, кроме женитьбы. А ведь Эдуард привык, что женщины от него просто падали – и внешность незаурядная, и корона на голове, – так что вряд ли он мог спокойно примириться с отказом.

– Да. Именно поэтому он и женился на Елизавете Вудвилл. Неприступная златокудрая красавица, тайный брак. Значит, если Стиллингтон говорил правду, то Эдуард пользовался такой тактикой и прежде. Кстати, говорил ли Стиллингтон правду?

– Во времена Эдуарда он занимал посты лорда – хранителя печати, затем – лорд-канцлера, а также ездил послом в Бретань. Так что Эдуард либо был обязан ему чем-то, либо просто благоволил к нему. А у Стиллингтона не было видимых причин интриговать против Эдуарда. Если, конечно, он был интриганом.

– Да, пожалуй, вы правы.

– В любом случае вопрос был поставлен перед парламентом, так что у нас имеется не только голословное утверждение Стиллингтона.

– Перед парламентом?!

– Именно. Все было честно и открыто. Девятого числа состоялось очень долгое заседание палаты лордов в Вестминстере. Стиллингтон представил доказательства и свидетелей, и был подготовлен доклад для парламента, который созывался двадцать пятого июня. Десятого числа Ричард обратился к городу Йорку с письмом, в котором просил прислать войска для своей охраны и поддержки.