– Семнадцать лет… Бедная Елизавета. Эти годы с Генрихом должны были показаться ей семью десятилетиями. Он был, мягко говоря, не лучшим мужем. Давайте пройдемся по всему семейству. Я имею в виду детей Эдуарда. Судьба двух мальчиков неизвестна. Начнем с Сесилии.

– Ее выдали замуж за старого лорда Уэллса и отправили на жительство в Линкольншир. Анна и Екатерина подросли, вышли замуж и стали добрыми ланкастерианками. Бриджит, самая младшая, постриглась в монахини в монастыре Дартфорда.

– Пока что все весьма обыденно. Кто следующий? Сын Джорджа?

– Да. Юный Уорик. Заключен пожизненно в Тауэр и казнен по сомнительному обвинению в попытке к бегству.

– Так. А дочь Джорджа, Маргарита?

– Она стала графиней Солсбери. Ее казнь Генрихом Восьмым по сфабрикованному обвинению является, пожалуй, классическим образцом юридического убийства.

– А сын Елизаветы? Еще один наследник?

– Джон де ла Поль. Он отправился жить к своей тетушке в Бургундию.

– К Маргарите, сестре Ричарда?

– Да. Он погиб во время бунта Симнела. Но у него остался младший брат, которого вы не поместили в свой список и который был казнен Генрихом Восьмым. Поверив обещаниям Генриха Седьмого, он сдался ему на милость, и король, по-видимому, счел, что нарушить договоренность будет дурным знамением. А вот Генрих Восьмой решил не рисковать. Кстати, одним де ла Полем он не ограничился. В нашем списке не хватает еще Эксетера, Суррея, Бекингема и Монтегю. Он избавился от всех четверых.

– А сын Ричарда? Джон? Тот, незаконный?

– Хотя Генрих Седьмой и выделил ему пенсию в двадцать фунтов в год, с ним покончили в первую очередь.

– В чем его обвинили?

– Якобы в получении приглашения в Ирландию.

– Шутите!

– Нисколько. Ирландия являлась центром притяжения всех сил, сохранивших верность Йоркам. Они пользовались там популярностью, и получить оттуда приглашение было равносильно смертному приговору. Хотя я не могу представить себе, почему Генрих так опасался юного Джона. Он был «активным, доброжелательным мальчиком» по документам.

– Он имел больше прав на трон, чем Генрих, – усмехнулся Грант. – Он являлся хоть и незаконнорожденным, но единственным сыном короля, в то время как Генрих был правнуком незаконнорожденного сына младшего сына короля.

На некоторое время в палате воцарилось молчание.

Затем в тишине послышался вздох Кэррэдайна:

– Да.