— Я там покажу куда дальше, номер дома запамятовал, — последовавшее объяснение выглядело достаточно естественным. — Только, командир, езжай под «трубочкой», на проспекте всегда менты пасутся.

Дав кругаля через «трубочку», бетонированный тоннель под железнодорожной насыпью, разделявшей город на две неравные части, старую северную и новую, густонаселенную южную, Толян доставил пассажиров к кафе «Лада», располагавшемуся на первом этаже стандартной хрущевской пятиэтажки. По соседству громоздилось здание колледжа транспортного строительства, у входа которого горел единственный фонарь, другого освещения не наблюдалось на весь квартал.

— Продерни на угол, командир, — осматриваясь, распорядился Серега. — Там подождешь. Мы щас посылочку приятелю передадим и дальше поедем кататься. Держи расчет и не стремайся.

Рубайло протянул водителю сотню, тот без слов принял, убрал подальше, во внутренний карман куртки.

Кореша вышли из машины, «девятка», почихивая глушителем, отъехала к перекрестку. На улице было пустынно, как не в городе. По покрытому снегу асфальту бесшумными белесыми волнами проносилась поземка. Пандус, прижимая к груди пакет, с выпирающими из него углами силикатных кирпичей, вопросительно глядел на Серегу.

— Вперед, — выдернув из пакета две кирпичных половинки, Рубайло резко двинулся к кафе.

Приблизившись метра на три, он замахнулся и бросил кирпич в середину огромной стеклянной витрины. Наружное полированное стекло разбилось со страшным грохотом, огромные куски полетели вниз. Внутреннее стекло устояло, метательный снаряд пробил в нём неровную дыру, упав в зале заведения.

Казалось, что от звона и грохота, умноженных полночной тишиной, должна была вся округа проснуться. Серега инстинктивно втянул голову в плечи, заозирался. Матеря себя за страх, метнул второй кирпич, с левой руки. Новое громыханье обрушившегося на тротуар витринного стекла, толщиной не меньше «восьмерки», выбило из оцепенения. Рубайло охватило радостное злорадство.

«Будете знать, бл*ди, как ментам шестерить!»

Славян Пандус, не теряя времени, мощно послал кирпичину во вторую по фасаду витрину. Потом, как заправский гранатометчик, запулил в цель остатки боезапаса. Витрины недавно пережившего капитальный ремонт кафе «Лада» зияли теперь черной пустотой, по краям проемов торчали зловеще заостренные, похожие на зубы гигантского дракона, осколки стекла.

— Ходу! — любоваться результатами времени не было.

Парни ринулись к перекрестку, где их поджидала «девятка». Запыхавшиеся, спринт не был их профилем, мешками попадали на сиденья, вразнобой хлопнули дверями. Толян рванул с места так, что только снопы снежных брызг из-под задних колес брызнули.