— Шестнадцать вот таких окуньков нацакал, — рубил он ребром одной своей клешни по основанию второй ладони, похожей на заскорузлое конское копыто.

— Ну и где улов твой, дядя? — благостно подкалывал хозяина Рубайло, затягиваясь вкусной сигареткой.

Тот, извиняясь на каждом слове, объяснял, что устроил себе жарёху на обед из рыбех что покрупнее, а мелочевку отдал своему коту, Ученому.

Котяра, головастый, лохматый, изжелта-белый, раз за разом запрыгивал хозяину на колени, пытался со стола шматок колбасы слямзить. Прохор сталкивал упиравшегося наглеца, котище соскакивал на все четыре лапы, громко, как слон стукаясь о половицы.

Серегу, разглядевшего, что кот Ученый той же палевой масти, что и борода у Лешего, пробило до икоты на ха-ха.

— Вы… ик… братья, что ли?! И-ик…

— Близнецы, — согласно кивал бородой Прохор, не обижался на молодежь.

Потом Рубайло попенял хозяину на его дремучесть, на то, что живет он без телевизора.

— А на кой он мне? — отмахивался Леший. — Этот… как его? Зомбоящик! У меня вон… радиоприемник имеется «Вэф-222». Сделано в СССР!

Пандус, после тарелки горячих пельменей еще больше размякший, молча крутил в руке перекидные четки зоновской работы, атрибут правильного пацана.

— Чего, и «болтушки»[126] тебе менты вернули? — Серега спросил с завистью, свой скарб, подрываясь, он на вещах в спецприемнике оставил.

— А куда бы они гады делись? — снисходительно ответил Славян. — «Болтушки» не в запрете.

Рубайло, чувствуя, что его тоже клонит в сон, резко встал с табурета, встряхнулся, наведался в кухню к жестяному рукомойнику. Стукнув снизу по штоку, набрал в ладони воды, плеснул в лицо, фыркнул.

— Леший, дай-ка сюда ключ от сарая, — сказал он, вернувшись в комнату.

Хозяин без слов вытащил из кармана большой ключ на замызганном тряпичном шнурке, с пристуком положил на стол. Сразу присоединил к нему длинный китайский ручной фонарь.

— Посветишь.

Рубайло одним движением сгреб фонарь с ключом, после чего отдал Прохору следующее короткое распоряжение:

— Зверя своего подальше отведи.

Леший проскрипел подшитыми кожей валенками к выходу. Серега шагнул за ним, но у самой двери, щелкнув пальцами, крутнулся.

— Славк, захвати пакет.