— По Рожнову у меня вопрос единственный, Ростислав Андреевич. Конечная перспектива рассмотрения дела. Сядет мой олух или вы сумеете вытащить его на условный срок?

— Не знаю ответа, а потому обманывать не стану. Всё зависит от того, удастся в суде перейти с вымогательства на самоуправство или нет. Какому судье ещё дело достанется. То, что Олег явится в суд своими ногами, уже неплохо…

— Понял, благодарю, — притормозил собеседника Каток, — детали проговорим позднее. У меня сейчас другая беда. Вчера одного моего работника задержали за убийство некоего Рубайло. Вы в курсе про это убийство?

Осведомленный адвокат не выразил ни малейшего удивления.

— Слышал краем уха. Там, по-моему, из огнестрельного оружия, на улице, в ходе разборки. Что требуется от меня?

— Нужно чтобы вы, Ростислав Андреевич, вступили в дело. Задержанный сотрудник очень ценен для моего бизнеса, я весьма заинтересован в нем. К тому же, давно и хорошо зная его, я не верю, что он мог лишить жизни человека.

— Вас понял. В деле участвует защитник?

— Без понятия. Мы никого не нанимали.

— Уточню, не проблема. Следующий вопрос. От чьего имени оформлять соглашение на защиту? — процедуре следовало придать легитимный характер.

— Я думаю, лучше от имени одного из родителей.

— Как на них выйти?

— В течение полчаса вам позвонит Рожнов и сообщит координаты.

— А данные задержанного можно узнать?

— Рипке Раймонд Юльевич.

— В фамилии третья буква «бэ» или «пэ»?

— «Пэ», «пэ», Порфирий Петрович.

— А кто следователь, не знаете?

— Не знаю. Раз убийство, значит, прокурорский должен быть.

— Ну я выясню. Жду от Олега Геннадьевича звонка, выписываю ордер и вступаю в дело. Как срочно вам нужна информация?

— Чем быстрее, тем лучше.