Амбициозный Сапега не привык бросать слова на ветер. Он поднапряг собственную агентуру на районе, адреснулся за информацией в ОБНОН и во вторник установил барыгу, снабжавшего Иголкина
— Как настроение, Игорёк? — сияя лучезарной улыбкой, подполковник хлопнул насупившегося Иголкина по плечу. — На первую часть двести двадцать восьмой[199] подзаработал. С непогашенной судимостью, да с моими рекомендациями условным не отбояришься. Честное пионерское! Трёшник, конечно, не восьмерик и не червонец, но тоже на одной ноге не отстоишь!
Задержанный находился в депрессивном ступоре. Катастрофа грянула в самый разгар захватывающего процесса
На лице Иголкина застыло страдальческое выражение. Оперативнику, документировавшему изъятие, с трудом удалось добиться от него односложных ответов на вопросы об анкетных данных. На предложение расписаться в протоколе потенциальный подозреваемый отрицательно мотнул головой. Уговоров не последовало, старший опер дополнил документ соответствующей записью, понятые охотно удостоверили факт отказа.
Поездки на управленческой «ВАЗ-2107», которая после замены разбитой в ДТП правой блок фары, вновь выглядела игрушкой, Иголкин не удостоился. Его, со скованными за спиной руками, запихали в задний,
Происходящим заинтересовалась молодая женщина, за руку выводившая на прогулку ребёнка в нарядном комбинезончике:
— Что случилось?
— Родная милиция оберегает покой граждан, — Сапега картинно, как крылья, раскинул в сторону руки. — С праздником, красавица!