…Потом они релаксировали в ванной, озоровали там как дети, бросали друг в друга хлопьями душистой пены, брызгались. Далее — ароматнейший молотый кофе из коллекции Italcaffe, собранный на лучших плантациях Гватемалы и приготовленный в медной турке, рюмка элитного Hennessy, необременительный разговор…

Сегодня последнюю часть проекта пришлось сократить, так как к семнадцати часам подполковник обещал возвратиться в райотдел. Развитие ситуации с Иголкиным нельзя было отпускать на самотёк.

— Васенька, ты приедешь, когда освободишься? — в прихожей Люда прильнула к груди Сапеги, облачившегося в верхнюю одежду.

В её интонации прозвучала такая откровенная бабская мольба, что подполковник пристально глянул на затосковавшую вдруг женщину. Несмотря на приглушенный свет настенных бра, он разглядел крупные поры, проступившие на щеках из-под полустёршегося слоя тонального крема, дрябловатую складку под подбородком, выпуклую коричневую родинку у мочки правого уха, поросшую жёсткими, коротко подстриженными волосками. Не успешная бизнес-вумен, не алчная секс-бомба доверчиво уткнулась в плечо приходящего любовника, а сорокапятилетняя, стремительно стареющая одинокая русская тётка.

Сапега подумал, что нельзя позволить их высоким чувствам скатиться в омут пошлого мещанства, именуемого семейными отношениями, для чего в общении следует сделать определённую паузу.

Но он был слишком джентльмен, чтобы огорошить Людмилу подобным известием в такой день, а потому проникновенно сказал: «Приложу все усилия, солнышко» и поцеловал в щеку, стараясь не коснуться неприятной, похожей на бородавку родинки, которую раньше не замечал.

В РОВД подполковник обнаружил положительную динамику. Следачка, несмотря на свою неказистую внешность, своё дело знала. Она успела допросить оперативников и понятых в качестве свидетелей, провести осмотр места происшествия с участием Иголкина, оформить протокол его задержания в порядке статьи 122 УПК РСФСР и допросить в качестве подозреваемого. Её порадовало, что убойщики заготовили на злодея характеризующий материал. Здесь имелась справка ИЦ о судимостях, данные о привлечении к административной ответственности, характеристики — одна с места жительства, а вторая из колонии, в которой Иголкин отбывал наказание за квалифицированный грабёж.

— Классно, парни! — ликовала старший лейтенант юстиции, перебирая худенькими паучьими пальчиками бумаги. — Хоть завтра можно с арестом выходить. Эх, вот бы начальник мне дело оставил, его реально можно в марте в суд направить.

Судя по раскрасневшемуся личику девушки и специфическому кисловатому запашку в кабинете, производственному процессу сопутствовало распитие бутылочки (или двух) шампанского. Оперативники сидели в вольных позах, куражливые.