«Кучно бьёт… кобура-приклад… пластмассовая… «стечкин»… Откуда у них «стечкин»?!» — в мозгах кружилось ненужное.

В сознании отобразились мельком ухваченные картинки — неподвижный изломанный силуэт инспектора ДПС вдалеке и беззвучно плямкающий губами, пускающий кровавые пузыри напарник в считанных шагах.

«Надо Витю стащить с дороги», — простая мысль показалась откровением.

Яковлев пополз по дну канавы к месту, откуда доносилось сдавленное мычание раненого. Со стороны поста ГИДД раздалось несколько лающих сбивчивых выстрелов. Им ответила трескучая очередь автомата. Донёсся тонкий звон разбитого стекла.

«Второй гаишник воюет», — догадался оперативник.

Воодушевившись, что он не один на целом свете, Яковлев снова высунулся из укрытия. На этот раз для того, чтобы дважды пальнуть и не наобум, как прежде, а прицельно. Прижмурив левый глаз, он вывел мушку в середину прорези целика, а вершину её — под его верхние края и произвёл два выстрела. Беспокоящий огонь понудил бандита со «стечкиным» пригнуться. Пользуясь моментом, важняк ухватился за воротник Витькиной куртки и потащил тело на себя. Сантиметров на десять удалось сдвинуть, не больше, лейтенант оказался неподъёмным. Да и пистолет в правой руке был помехой.

— Заткни его, я — к машине! Прикрой! — один из бандитов громко отдал указания другому.

Яковлев въехал в их замысел и запаниковал. Он забыл, сколько раз выстрелил и, соответственно, сколько патронов осталось у него в табельном. Запасная обойма хранилась в отведённом месте — в подсумке наплечной системы — но процедура её извлечения оттуда казалась невероятно трудоёмкой и долгой.

Водитель служебного «Соболя», на который вознамерились пересесть преступники, прятался за машиной. Начальство, руководствуясь непонятными соображениями, не разрешило ему, аттестованному сотруднику, вооружиться перед началом операции.

— Пра-апорщик! — хрипло выкрикнул Яковлев. — Пра-апорщик!

— Я-а! — водитель откликнулся рыдающе.

— Приготовиться к отражению атаки! Оружие к бою!

— Е-е-эсть! — прапорщик, как сумел, подыграл.

Самодеятельность, впрочем, бандитов не обманула или не вразумила. Вооружённый «стечкиным» длинноволосый блондин, держа оружие наизготовку, крадущимся шагом двинулся через дорогу. Его подельник, лысый, как Фантомас, дав очередь из пистолета-пулемёта «Кедр» по окнам поста ДПС, рывком развернулся и прицелился в место на обочине, откуда в последний раз выглядывал Яковлев. Свои чёрные маски бандиты скинули, чтобы не мешали обзору в бою.

Лежавший на боку в грязной воде кювета Яковлев всех этих отработанных маневров не видел, но понимал — они совершаются и помешать им он не в состоянии.