– Да. Кто-то ведь его принес. А мы не знаем, кто и почему. И пока не узнаем… повод для беспокойства никуда не денется.

– То есть самоубийства ты не допускаешь?

– Это невозможно. Где он достал бы эту дрянь?.. Однако намек на это я еще сделаю.

– Но, Генри, даже если его убили… почему это должен был сделать я? Пока что ничего серьезного против меня не сказано.

Генри молчал.

– Пока что ничего не говорилось о возможном мотиве, – тихо произнес он после паузы. – Конечно, может, и вовсе ничего не скажут, но если мотив все-таки всплывет, вывод сделать будет… довольно трудно.

Юстас вспыхнул:

– Но это нечестно! Я… я не делал этого!

Генри Карр похлопал его по плечу.

– Я знаю, старик. Не хотел тебя волновать; мне просто нужно обдумать возможные риски.

Дальше они шли молча.

Заседание было возобновлено, и коронер снова вызвал миссис Тумлин, чтобы спросить ее, откуда в доме появлялись шоколадные конфеты. Миссис Тумлин ответила, что сама заказывала их в «Дюдвиллз» напрямую, когда содержимое коробки заканчивалось. Это всегда были одни и те же конфеты, и никто посторонний в дом их не приносил.

Затем вызвали горничную Глэдис Мейсон. Ее спросили о том, что случилось в ночь смерти Дезмонда Хендэлла. Ее показания подтвердили слова миссис Тумлин. Она не видела, как хозяин брал конфету после ужина, но какой-то особой причины на то не было. Как можно было по-другому произвести отравление, горничная не знала. Впрочем, на тот момент она также ничего не подозревала и о самом яде.

У коронера больше не было вопросов к Глэдис Мейсон, но тут снова проявил инициативу мистер Джастин. Как себя вел мистер Юстас Хендэлл, когда появлялся в квартире в отсутствие миссис Тумлин, в понедельник, двадцать третьего сентября, и во вторник, первого октября? Настаивал ли на встрече со своим племянником, несмотря на указания миссис Тумлин?

– В первый раз нет, сэр, – сказала Глэдис. – Сама я дату не помню… А во второй раз, в день смерти мистера Дезмонда, он был довольно настойчив.

– Не могли бы вы рассказать об этом поподробнее? – спросил мистер Джастин. – В чем проявлялась его настойчивость?

– Э-м, он был очень мил, сэр, и… дружелюбен. Улыбался и все такое… ну, казалось, он меня немного обхаживал, чтобы я пустила его к мистеру Дезмонду.

Мистер Джастин подался вперед.

– Мисс Мейсон, пытался ли он каким-то образом подкупить вас?

Глэдис залилась краской.