Я кашлянула и, сфокусировав взгляд на чашке чая, которую принесла официантка, сделала большой глоток. Боже, как вкусно.

– Само собой, Рози. Само собой.

– Хорошо.

– А ты, смотрю, читаешь утреннюю газету. Есть что-нибудь интересное?

Рози фыркнула и схватила шелестящее приложение к «Дагенс Нюхетер».

– Здесь? Ха, тут одни котировки. Я же не интересуюсь акциями.

Она наклонилась над столом и заглянула мне прямо в глаза:

– Я слежу за свадьбой, понимаешь ты, Силла. Сегодня большой день. И это заметно – все вокруг пришло в движение. Устроители все утро носятся как ошпаренные, разбрасывая повсюду лепестки цветов, и с таким рвением настраивают акустическую систему, словно сам Майкл Джексон собрался давать здесь концерт…

– Он умер десять лет назад.

– Вот видишь. Еще больше причин плюнуть на акустическую систему. Здесь ожидается грандиозная гулянка, Силла. Возможно, по причине…

И Рози показала на окно. И я увидела. Сказать по правде, после утреннего пробуждения все мои мысли были сосредоточены на том, что я лежу в объятиях Адама. Именно так, в его объятиях. А точнее: В ЕГО БОЛЬШИХ ЧУДЕСНЫХ МУСКУЛИСТЫХ ОБЪЯТИЯХ, thank you very much. Наконец-то! Я была настолько поглощена его телом и самим его присутствием рядом с собой, что даже не обратила внимания на погоду, а между тем снаружи лило как из ведра.

В голове всплыли слова из старой песни Аланис Мориссетт – «It’s like rain on your wedding day»[6]. Да, именно так.

Конечно, ничего такого в этом нет. Многие пары выходят замуж в дождливые дни. Не всегда щебечут птицы и сияет солнце, тем более осенью. И все же в этом ощущается нечто зловещее, особенно в свете того, что случилось в последние дни.

Появился Адам с тарелкой простокваши и богатой клетчаткой гранолой для себя (типичный полицейский) и двумя хрустящими бутербродами с сыром и джемом для меня (ну, слава богу!).

– Большое спасибо.

– Не стоит, – сказал он и подмигнул.

– Я тут думала ночью, – медленно жуя, проговорила Рози.

– Вот как, – отреагировал Адам.

– Да. Когда я поняла, что Силла сбежала к тебе, словно подросток, я еще час или два лежала в постели, прежде чем снова уснула. И все это время думала о Лайле Дамм. Об этой таинственной истории, связанной с ее исчезновением.

– Окей, – кивнул Адам. – И к чему же ты пришла?

– Я подумала, что эти двое…

Несколько гостей из числа приглашенных на свадьбу прошли мимо нашего столика, направляясь к буфету. Рози тут же понизила голос и еще ниже наклонилась над столом, так что ее грудь едва не задела чашку с кофе.

– …что Мадлен и ее сестра-актриса… э…

– Элла, – подсказала я.

– Да, точно, Элла. Так вот, они обе копии Лайлы Дамм. И, очевидно, Мадлен начала копаться в этом деле. Она допустила мысль, что ее родители… как, говорите, их зовут?

– Карин и Роджер, – в свою очередь, подсказал Адам.

– Да, Карин и Роджер. Что они ее ненастоящие родители. Может ли в этом крыться причина того, почему ее сестры нет на этом торжестве?

– Вполне возможно, – допустила я. – Пропустить свадьбу родной сестры – подобное ни в какие ворота не лезет. Если только здесь не замешана какая-нибудь большая семейная ссора. Может, Элла посчитала Мадлен сумасшедшей? Ну, когда та поделилась с сестрой своей теорией?

– Именно! – поддержала меня Рози. – Такое кому угодно может прийти в голову. Помимо этого, есть еще одна причина или, скорее, риск, почему Мадлен права.

– Да, – кивнула я. – Поскольку обе близняшки до невозможности похожи на Лайлу.

– Тогда остается только вопрос, что произошло с самой Лайлой, – с набитым гранолой ртом пробубнил Адам. – Она пропала осенним вечером 1988 года. Совершенно бесследно. По дороге в бар, где она собиралась встретиться с подругами, но куда так и не дошла. После этого ее никто не видел. Единственное, что мы знаем… или, скорее, предполагаем, что она родила детей после своего исчезновения. И, возможно, у нее родились близняшки.

– Элла и Мадлен, – добавила я.

– Точно. Но где? Почему? Было ли ее бегство спланированным? Что, если она родила своих детей в больнице, а потом, оставив их на попечение чужим людям, подалась за границу?

– В 1988 году полиция должна была проверить эту версию, – заметила Рози. – Если она родила детей здесь, в Швеции, то на этот счет должны иметься документы.

– Совершенно верно, мама. Но всему этому есть и другое вероятное объяснение.

Мы с Рози с любопытством воззрились на Адама:

– Какое же?

– Это может быть обычным совпадением. Элла и Мадлен могут быть просто очень похожи на Лайлу Дамм. Многие люди похожи друг на друга.

– Хм…

Судя по всему, Рози была совершенно не удовлетворена подобным объяснением. И тут я поняла, что, по сути, утаила от своей подруги важную информацию, которую раздобыла вчера. Нечто, чем я еще не успела с ней поделиться.

– Рози, я тебе не говорила, но на этом острове находится один человек, которому, возможно, по силам пролить свет на эту тайну.

Рози наморщила лоб, не замечая кусочка салями, прилипшего к уголку ее рта.

– Да ну?! И кто же это?

– Ингрид. Сестра Лайлы Дамм.

– В смысле?

– Она живет здесь, на острове. Прости. Не знаю, почему я тебе сразу не сказала. Мне было известно, что у семьи Дамм был на Буллхольмене летний домик, и вот вчера я решила туда прогуляться. Сейчас им владеет Ингрид. Пользуясь случаем, я задала ей парочку вопросов о Лайле, и она была настолько любезна, что ответила на них. Но чувствуется, что ее до сих пор гнетет исчезновение сестры.

Какое-то время кусочек салями раскачивался туда-сюда, как маятник, свешиваясь изо рта Рози – я смотрела на него, не зная, какая последует реакция. Рассердится ли Рози на меня за то, что я не взяла ее с собой в гости к Ингрид?

– Мне, конечно, следовало тебе сказать, что я ходила к ней, но это было еще до того, как мы поняли про связь между Лайлой и невестой. Я хотела лишь нарыть немного информации для моего репортажа в «Кровавом следе» и наткнулась на источник, где было указано, что в свое время Лайла владела домом. Здесь, на Буллхольмене.

Кусочек салями исчез во рту, и Рози широко мне улыбнулась:

– Малышка Силла, тебе не нужно просить прощения. Я старуха без тормозов, и просто отлично, что кто-то другой время от времени придерживает меня. За исключением тех случаев, когда это делает мой сын. Вот тогда мне это не нравится.

Страдальчески закатив глаза, Адам поднес к губам чашку с кофе.

– Но ведь это обстоятельство делает все еще интереснее… В смысле, что сестра Лайлы живет здесь, на острове. Как думаешь, Мадлен и Давид знают об этом?

Я пожала плечами.

– История становится все более запутанной, – заметила Рози. – Что же на самом деле случилось с этой Лайлой Дамм?

Только я надкусила булочку, как мне в голову пришла одна идея. Перед глазами замелькали газетные заголовки. Наравне с жуткими снимками.

– Черт…

– Что? – тут же подалась вперед Рози.

– Да нет, ничего. Это слишком… безумно.

– Да говори же!

– Я вспомнила один репортаж из «Шанса» тех времен, когда я там работала. Его написала Марга, наш криминальный репортер от бога. Целых три страницы об одной паре из Новой Зеландии. Жуткая история.

– А поподробнее, – настаивала Рози, глядя на меня глазами размером с булочки с корицей, лежащие на ее тарелке.

– Они похитили девушку, – начала рассказывать я. – Беременную девушку. Приковали ее цепью в подвале, помогли родить ребенка. После чего убили, а тело бросили в море.

Рози зажала рот рукой.

– О боже. Но… зачем?

Я пожала плечами.

– Они хотели иметь ребенка.

– Тогда почему не завели своего собственного?

– Не могли, наверное. Это случилось в девяностые. ЭКО еще было в новинку, а на усыновление у них, возможно, не было денег. Или они просто…

Я замолчала и вцепилась зубами в хрустящий бутерброд. Масло, сыр и мармелад смешались в божественную кашу у меня во рту.

Рози наморщила лоб.

– Что просто?

– Оба были сумасшедшими.

Глава тридцать шестая

Глава тридцать шестая

Часы пробили три, но небеса продолжали изливать потоки дождя на буллхольменские леса. Это был последний день нашего с Рози пребывания на вилле «Морская жемчужина», и мы вовсю наслаждались спа-процедурами внизу – на этот раз никаких камней, обычный классический массаж с маслами. Ужасно приятно и даже необходимо. Пока мы блаженствовали, Адам решил немного поработать в своем номере.

Потом был поздний обед, состоявший из малосольной трески и нежнейшего картофельного пюре. Сытые и довольные, мы сидели за столиком, а перед нами дымились чашки кофе с несколькими ложечками сладкой патоки.

Между тем свадьба была в самом разгаре. Занавес перенесли в дальнюю часть ресторана, где располагались двойные двери, ведущие в роскошный банкетный зал с окнами от пола до потолка. Сейчас там как раз проходила церемония бракосочетания. Мы сидели и с любопытством вслушивались в звуки свадебного марша (пусть даже в фортепьянном, а не в органном исполнении). Были даже слышны отзвуки речи священника. Занавес вот-вот раздвинется, и пара молодоженов выйдет наружу. Официантки предупредили, что у нас в запасе максимум минут десять – после чего уже весь ресторан на этот вечер будет превращен в банкетный зал.

Наш разговор по-прежнему вертелся вокруг загадочного исчезновения Лайлы Дамм. Понизив голоса, мы продолжили.