По крайней мере, в ту конкретную минуту. А сейчас – нет. Можно ли в этом полагаться на интуицию?
Писатель подошел к гостиной и, набрав в грудь воздуха, заглянул в дверной проем. В мертвенном ночном свете пустая комната смотрелась несколько постановочно (среди ночи оно обычно так и бывает), а знакомые предметы и мебель превратились в сценические декорации.
Находиться в санузле вряд ли кто-то мог, но Дэвид заглянул и туда. А затем направился в сторону кухни.
Уже когда он только приближался туда, стало видно, что в кухне что-то не так, хотя что именно, в темноте становилось ясно не сразу. Что-то не то было в цвете и текстуре, причем повсюду…
Дэвид включил свет. Комната была вся, как есть, усеяна листами бумаги. Уж не Тальина ли это книга, мелькнуло в голове у литератора, но ему вовремя вспомнилось, что он ее не распечатывал. Листы валялись на столе, по всему полу и по кухонным столам и полкам. Словом, буквально всюду.
Литератор, нагнувшись, поднял ближний лист. Он оказался чистым с обеих сторон. Точно так же выглядели и другие листки, те, что лежали рядом.
Дэвид пошел по кухне, собирая листы бумаги в стопку, пока не подобрал все до единого.
Глава 50
Глава 50
Пробуждение утром после серьезной драки – вещь скверная. За время сна мое тело как будто разобрали по частям, а затем собрали снова вроде бы в той же последовательности, только без смазки, обычно страхующей части от трения. Немногим лучше ощущалась и голова. Однако проснулся я с полностью сформировавшимся решением: я отправляюсь домой. Пусть это убогая квартиришка, где места кое-как хватает разве что на то, чтоб раскрутить над головой кошку (на новоселье мы с Крис в подпитии установили, что это технически возможно, использовав для этого картонный макет), но зато эта квартиришка – моя.
Открыв глаза, я увидел, что лежу на узкой кровати один. Крис, сидя на подлокотнике удобного кресла, смотрела в окно.
– Сколько времени? – спросил я ее.
– Семь с небольшим, – ответила она.
– Ты давно уже не спишь?
– Я и не спала.
– Совсем, что ли? Почему?
– Стереглась бойца без правил. Пару раз тебя будила, проверить, что ты точно не Наполеон. А ты что, не помнишь?