Как вспоминал один из участников похода на «Санта Фе», на ее борту уже впали в отчаяние и начали терять всякую надежду на установление связи с гарнизоном острова. Когда же, наконец, из Грютвикена отозвались, один из офицеров «разразился криками радости», а новость распространилась среди членов экипажа и пассажиров «как лесной пожар». Подводники начали срочно поднимать на палубу грузы, которые следовало переправить на остров. Прожекторы при этом не зажигались, а потому действовать приходилось в кромешной тьме. Сами аргентинцы позднее немало удивлялись тому обстоятельству, что весь груз удалось аккуратно сложить на палубе, не уронив за борт ни одного ящика.

От Кинг-Эдуард-Пойнт к субмарине был выслан моторный катер – трофейный, ранее принадлежавший Британской антарктической службе. Для того чтобы в потемках он смог найти «Санта Фе», на ее носу установили красный сигнальный огонь. К лодке трофейное плавсредство подошло в 02:30 25 апреля, и капитан-лейтенант Луна смог лично приветствовать Бикаина, которого знал, ранее пересекаясь по службе. Капитан-лейтенант честно сказал, что никакой информации о прибытии лодки ему из штаба не передавали, а потому появление «подводного транспорта» стало для него лично и гарнизона в целом полнейшей неожиданностью.

Вслед за этим немедленно началась перегрузка снаряжения на катер, а затем доставка на берег людей и грузов. В течение двух часов катер совершил три рейса к причалу, но еще до окончания выгрузки Бикаин в 06:30 (03:30A) вышел на связь с Мар-дель-Платой. Интересно, что сами аргентинцы в своих описаниях об этой радиопередаче умалчивают, а вот по британским данным столь важное событие, конечно же, не осталось без внимания.

Атаки вертолетов

Атаки вертолетов

Над морем еще сгущались предрассветные сумерки, когда боевые корабли группы кэптена Янга, находившейся теперь примерно в 80 морских милях от залива Камберленд и шедшей к нему курсом SW, приступили к запуску вертолетов. «Уэссэкс» HAS.3 № XP142, на который срочно вернули все штатное противолодочное оборудование, прежде снятое, чтобы увеличить транспортные возможности, в 08:10 первым стартовал с взлетно-посадочной площадки «Энтрима» и устремился к заливу Камберленд. Вооружение вертолета составляли две глубинные бомбы Mk.11 и 7,62-мм пулемет L7A2. Его экипаж, уже отличившийся при эвакуации спецназовцев с ледника Фортуна, во главе с лейтенант-коммандером Йэном Стэнли, в состав которого также входили лейтенант Кристофер Парри, саб-лейтенант Стюарт Купер и петти-офицер Дэвид Фитцджеральд, теперь искал лавров в противолодочной роли. За ним последовал поднявшийся в 08:30 с фрегата «Бриллиант» «Линкс» HAS.2 № XZ725, вооруженный пулеметом и несший на внешней подвеске противолодочную торпеду Mk.46. Его пилотировали лейтенант-коммандер Барри Брайант и лейтенант Николас Батлер с задачей вести противолодочный поиск к северу от залива. Другой «Линкс» этого корабля и три «Уоспа» HAS.1: один на фрегате «Плимут» и два на «Эндьюренсе», оставались в резерве. На самом деле, если задуматься, поскольку из имевшихся шести корабельных вертолетов только один «Уэссэкс» c «Энтрима» нес опускаемую ГАС, их возможности по поиску вражеской ПЛ были довольно ограниченными и фактически сводились к тому, чтобы успеть это сделать до того, как она пройдет воды залива Камберленд и сможет погрузиться, а в случае провала дальше приходилось надеяться только на АПЛ «Конкэрор», оснащенную гидроакустическим комплексом с гибкой протяженной буксируемой антенной.