Сашенька. Два эпизода судьбы

Сашенька. Два эпизода судьбы

— Вас ждут, — прозвучало в приемной.

Девушка встала, привычным жестом поправила безупречно сидящую гимнастерку и шагнула к большой двери, которую уже предупредительно открыл секретарь.

Кабинет начальника управления был обставлен красивой массивной мебелью, на стенах — официальные портреты вождей. Сиденья кресел с резными ножками обтягивала толстая кожа, столы, как и положено, затянуты зеленым сукном. В дубовых шкафах по стенам хранились плотно завязанные папки, а в них — бумаги с государственными секретами. Высокий потолок украшала бронзовая люстра, чей свет был немного тускловат, но его недостаток компенсировала настольная лампа на мраморной ножке.

Плотно прикрыв за собой дверь, девушка вытянулась по стойке смирно и уже готова была начать рапорт, но хозяин кабинета жестом остановил ее и молча указал на место за столом, где уже сидели начальники отделов.

— Товарищ Николаева, вам предстоит очередное ответственное задание за линией фронта. На этот раз мы отправим вас под фамилией ваших родственников по отцу — Николайнен. Биография ваша будет откорректирована, легенду мы подготовили, а от вас требуется подтянуть кое-какие научные дисциплины — они вам пригодятся.

Девушка понимающе кивнула, затем скосила глаза на своего начальника отдела, которого в управлении побаивались. Перехватив ее взгляд, тот в ответ мягко улыбнулся, словно хотел подбодрить.

— Вам предстоит внедриться в очень серьезную организацию нацистской Германии, — продолжил генерал. — Еще раз подчеркну, чтобы вжиться в роль, которую вам предстоит сыграть, придется подналечь на науку. Нам, товарищ Николаева, крайне важно знать все, что происходит в этом закрытом ведомстве. Оно занимается научными разработками, но курируется лично рейхсфюрером СС Генрихом Гиммлером и начальником СД Рейнхардом Гейдрихом. Вопросы есть?

— Никак нет!

— Отлично. Прорабатывайте вопрос и жду на доклад вместе с вашим начальником через пять суток.

Времени до отправки оставалось не так много, и Сашенька Николаева сразу после совещания углубилась в работу.

Лето 1941 года было крайне тревожным. Танковые колонны вермахта рвались вперед. Большие группы советских войск попадали в «котлы», Москва была в опасности, хотя все надеялись — ее не отдадут.

Карта на стене у начальника отдела пестрела разноцветными флажками и карандашными отметками. После очередной сводки он, мрачнея, делал пометки в толстом рабочем блокноте, а потом наносил на карту новые стрелочки и линии.

Подготовка к заданию шла, однако, своим чередом, а несколько рабочих проверок и консультаций с начальником управления придали уверенности. Казалось бы, все готово, но осторожный генерал, посоветовавшись с «высшей инстанцией», отложил начало операции, чтобы еще раз перепроверить все запланированные ходы.