Хартия ЦРУ, изложенная в Акте национальной безопасности от 1947 года, в течение многих лет служила неплохую службу и Управлению, и всей стране. Хотя изложенные там определения обязанностей и функций ЦРУ давали известную возможность для довольно гибкой их интерпретации и оставляли в сознании непосвященных некоторое впечатление двойственности, члены Совета национальной безопасности и надзорных комитетов Конгресса (в те начальные годы) отлично понимали, что именно имеется в виду в хартии и недвусмысленно одобряли осуществление тайных акций.

Овладевшее американцами чувство вины в связи с использованием вооруженных сил США для блага международного демократического сообщества, посеяло у некоторых сомнения относительно необходимости разведывательной деятельности как таковой. Особенно болезненные формы это чувство вины приняло в эпоху Картера, и отношение к разведке было зачастую неотделимо от желания, чтобы она, как говорится, провалилась сквозь землю. Экстремистски настроенные поборники гражданских прав, договорившиеся до утверждения, что «Билль о правах» — это не столько дополнение к конституции, сколько замена ее, ринулись выковывать законодательные наручники для разведывательного сообщества.

Так что ничего удивительного, что пятнадцатимесячное изучение грехов ЦРУ комиссией Черча завершилось утверждением, что «хартия ЦРУ, изложенная в Акте национальной безопасности от 1947 года… в ряде своих положений несовершенна», и что «необходимо разработать сообразный с законом, четко определенный базис, на основании которого Управление может осуществлять за границей тайные акции и вести разведывательную и контрразведывательную работу, а также осуществлять такие направленные против шпионажа операции на территории США, которые Управление сочтет необходимыми, исходя из данных, добытых в результате его деятельности за границей».

Дабы ЦРУ не нарушало предписаний комиссии Черча, был создан Специальный комитет сената (ставший с 19 мая 1976 года постоянно действующим органом), получавший существенную поддержку от вице-президента Мондейла и других сотрудников аппарата Белого Дома в выработке закона, в котором нашли отражение все страхи и фантазии самых ожесточенных критиков ЦРУ и ФБР. В результате на свет Божий в 1978 году появился Акт о реорганизации и реформе национальной разведывательной системы (S-2525). Закон этот был изложен на 263-х страницах, там была масса путанных дефиниций, всяческие запреты и ограничения, плюс тщательно разработанные положения, нацеленные на то, чтобы загнать все разведывательное сообщество в один гигантский бюрократический загон, где им будет руководить не директор ЦРУ, а директор национальной разведки (этакий супердиректор) под надзором десяти комитетов Конгресса: по вопросам разведки, ассигнований, вооруженных сил, иностранных дел и юстиции (от каждой из палат). Более всего закон этот пекся о том, чтобы защитить гражданские права от бесконечного разнообразия предполагаемых преступлений ЦРУ и ФБР.