Естественно, что, работая с полной самоотдачей, собаки Джефа и выглядели по-боевому: у Кавиа была стерта грудь, у Спиннера – бок, но они стоически переносили эти травмы и усердно тянули постромки. Когда Джеф сказал про тренировки в Или, я вспомнил, что и сам – пусть и не долго, – но принимал участие в тренировках именно этой упряжки, так что мог вполне рассчитывать на премиальные в случае нашего итогового успеха на финише экспедиции. Понятно, чтобы не расстраивать Джефа перспективой возможного дележа Главного приза гренландского марафона в связи с моими притязаниями, я не стал делиться с ним своими мыслями на этот счет.

После обеда произошло историческое для всех нас событие – мы пересекли 73-ю параллель и повернули на ледник Гумбольдта. По расчетам Джефа, основанным исключительно на данных его мерного колеса, до точки финиша нам оставалось около 480 миль, или немногим менее 800 километров. Истинный курс наш с сегодняшнего полудня изменился с 360 градусов на 337 градусов, то есть мы двинулись на северо-запад. Такое изменение курса было как нельзя более удачным для нас в условиях непрекращающегося юго-восточного пассата, ставшего нашим верным попутчиком. Кроме того, судя по картам, в направлении нашего движения начинался уклон рельефа поверхности ледника, и мы рассчитывали за счет этого ускорить темп, разумеется, если это обстоятельство будет учтено собаками Уилла.

Сегодня мы прошли 31,5 мили. При этом общее время ожидания упряжки предводителя к концу дня составило около 50 минут, то есть практически мы могли бы пройти (если бы Уилл тренировал своих собак, как Джеф) около 35 миль! Но вовсе не увы, а ах! Какие мы, и прежде всего все без исключения собаки, молодцы: 31,5 мили – это тоже очень и очень не плохо!

На радиосвязи Уилл узнал, что советско-канадская лыжная экспедиция «Полярный мост» находится всего в 50 милях от финиша – острова Уорд-Хант. Как впоследствии, много позже, мне рассказывал руководитель экспедиции Дима Шпаро, именно эти последние мили были едва ли не самыми трудными и драматичными для них за все 90 дней экспедиции. Дело в том, что в начале июня у берегов острова Элсмир образуется полынья шириной от нескольких сотен метров до десяти километров. Эта полынья могла стать самым серьезным препятствием на пути экспедиции. Для ее преодоления были сброшены на парашютах резиновые лодки, но, как будто в награду за все испытания холодами и ветрами, которые пришлось выдержать ребятам, особенно на начальном этапе маршрута, Арктика подарила им огромную льдину, перегородившую полынью прямо по их курсу. Участники экспедиции благополучно перебрались на припай, а затем – на шельфовый ледник Уорд-Хант и завершили первый в истории пеший переход через Ледовитый океан от берегов России до Канады.