— Не исключено, что здесь замешана рука ЦРУ, — выставил догадку Гога. — У меня с самого начала было подозрение, что угри, пропавшие вместе с фургоном, выращены за границей с применением биологических гормонов.

— Эк куда хватил! — заметил Лева Бакст.

Пока разгоралась дружеская перепалка, глаза полковника все больше теплели. Наконец он рассмеялся.

— Версию с ЦРУ — отставить, — сказал он, массируя уставшие виски. — Здесь оно, к сожалению, ни при чем. Нам точно известно, что из сотрудников американского посольства "Герцеговину флор" курит лишь сторож Струм-Ковальзон, он же известный специалист по советскому литературоведению. Мы знаем, что он собирает материал для очередного антисоветского пасквиля под названием "Кому живется весело, вольготно на Руси". И усиленно курит "Герцеговину флор". Обо всем этом я бы мог вам не рассказывать, — сурово проговорил Багиров, — и если рассказал, то для того лишь, чтобы показать, что "Герцеговину флор" теперь курят одни кремленологи и иностранные журналисты.

— Но ведь в квартире Гурмаева найден именно окурок "Герцеговины", — хватаясь за соломинку, прошептала Гера Андалузова. — Это же научно доказано!

— Науку нужно правильно ориентировать, девушка, тогда она приведет туда, куда надо, — назидательно проговорил полковник, поглядывая на именные часы. — Неужели вам не ясно, что преступник курил чинарик, найденный возле посольства? Это как раз на пути к дому Гурмаева. Эту версию отставить.

Когда все поднялись и направились к обитой черным дерматином двери, полковник окликнул Леву Бакста.

— А вы останьтесь. Ваша версия "Ботулизм" мне по вкусу.

На ночном совещании, как обычно, горячился Гога Остракидзе:

— Но не могли же угри пропасть бесследно, не могли! Где-то они должны всплыть.

— С собаками пробовали? — поинтересовался полковник. — На Западе снова возвращаются к этому старинному средству. Особенно для поиска наркотиков. А тут угорь: должен быть запах и вкус. Да какой!

— Пробовали и это, товарищ полковник, — доложил Салихов. — Но с запахом сущая неразбериха. Собаки начинают проявлять признаки беспокойства и рыть землю уже на подступах к Трубной площади. Но найти ничего не удалось.

— Может быть, их волнует запах цирка? — спросила Гера Андалузова.

— Проверяли, — отреагировал Гога. — В цирковой буфет угря не завозили со времен нэпа.

В последние дни для розыска угрей, похищенных вместе с фургоном, были предприняты самые радикальные меры. В очереди, в рыбные магазины, на рынки, в рестораны были внедрены люди Багирова. Взяли под контроль все банкеты, юбилеи, студенческие свадьбы, но ни на одном из московских столов так и не появился копченый угорь.