Монастырская жизнь привлекала поэта, но он так и не вступил на путь затворничества. Разработанный до мелочей распорядок жизни и ритуалы монастыря вызывали в нём двойственное чувство. Больше всего Петрарка ценил внутреннюю свободу и свободу творчества. Одинокая жизнь монаха посвящена созерцанию Бога. Петрарка мыслил уединение несколько иначе: небольшой деревенский дом, слуга, собаки, сад, в котором он ухаживает за растениями, и литературные занятия. Неутомимый путешественник и человек, вовлечённый в политику, Петрарка так никогда и не ушёл в монастырь, как это сделал его брат.
Петрарка занимался общественной деятельностью. Он писал письма королевским особам, различным правителям и выдающимся людям не только Италии, но также Франции и Германии. Петрарка сочинял и распространял политические послания и даже написал трактат, посвящённый искусству управления государством (Sen., xiv., i). Его любимыми героями были Сципион Африканский, римский полководец, разгромивший армию Ганнибала, и Юлий Цезарь, римлянин, правивший миром.
Рим для Петрарки, как и для большинства итальянцев, олицетворял центр католического мира. Однако папы римские на тот момент предпочитали проживать вдали от вечного города, раздираемого междоусобной войной различных кланов. В Авиньоне папы находились в безопасности под покровительством французского короля.
В 1335 году Петрарка сочинил длинное поэтическое послание на латинском языке папе Бенедикту XII с просьбой вернуть апостольский престол в Рим. Через год Петрарка ещё раз обратился к папе с поэтической просьбой. И всем следующим папам Петрарка писал стихотворные послания, умоляя вернуть святой престол в Рим.
Папы не торопились перебираться в Италию. Бенедикт XII (1334–1342) был уверен, что пребывание курии в Авиньоне продлится долго, а потому построил крепость-дворец. При нём архивы Ватикана перевезли в Авиньон. Следующий папа Климент VI выкупил город Авиньон у королевы Неаполя. В курии царили профранцузские настроения. Из 134 кардиналов, избранных авиньонскими папами, начиная с Климента V и кончая Григорием XI, один был родом из Женевы, два англичанина, пять испанцев, четырнадцать итальянцев и 112 французов.
Итальянцы считали Рим не только центром христианского мира, но и законной столицей Римской империи. Они не любили императора-немца, который редко бывал в Италии и проживал на Севере. По их твёрдому убеждению императора должны избирать римские граждане, а Рим должен быть столицей мира. Петрарка спрашивал: «Где, как не в Риме, должен находиться император Римской империи?» (