Так как вслед за тем наступит Золотой век и его худшая половина, то настоящего подъема при нормальном течении общественной болезни не будет до 2062 г. Но если болезнь примет ненормальное течение, то подъем будет в течение около пятнадцати лет после 1977 г. Но не дай Бог такого несвоевременного подъема, потому что он предвещал бы нам почти сплошной упадок в течение всего следующего цикла, и, следовательно, России угрожала бы судьба древней Римской империи.

Участь, которая предстоит русскому народу в ближайшем будущем, конечно, печальна и при наших современных знаниях совершенно неустранима, а потому лучше бы было совершенно не знать ее»²⁴¹.

* * *

После ухода в отставку В. А. Мошков продолжал заниматься наукой, проживая в Варшаве, откуда в силу политической нестабильности уехал в Болгарию. Его уход из жизни продолжает сохранять определенный ореол таинственности. В.А. Мошков ушел в вечность 19 ноября 1922 г., но в памяти благодарного гагаузского народа его труды продолжают жить.

В.А. Мошкова можно назвать примером феномена гагаузской пассионарности (по Л.Н. Гумилеву). Не будучи сам гагаузом, он выступил мощным мобилизатором и популяризатором гагаузской идентичности. Благодаря перу ученого о малочисленном народе, проживающем в Буджаке, узнали научные, а затем и широкие круги общественности. Не случайно столь трепетное отношение к этой личности сохраняется и сегодня, причем не только в сообществе исследователей, но и среди простых жителей Гагаузии²⁴².

Немецкие и швейцарские колонисты. Интерес к немецким поселенцам в научной литературе имеет свои взлеты и падения. Достаточно устойчиво он проявлялся в рассматриваемый период. Тогда, в XIX в. изучение освоения новоприобретенных территорий имело еще и важное прикладное значение. Впрочем, о трудах того времени мы еще поговорим далее.

В межвоенный период, когда Бессарабия находилась в составе королевской Румынии, интерес к теме немецких колонистов носил сдержанный характер. Информация о немцах, как о пришлом населении, встречается в трудах Н. Йорги²⁴³, И. Нистора²⁴⁴, которые рассматривали национальные меньшинства как пришлых на исконных румынских землях.

Советская Россия считала присоединение Бессарабии к Румынии аннексией, потому книги академика Л.С. Берга, вышедшие в 1918 и в 1923 гг., были направлены как раз на подчеркивание поликультурного состава населения Бессарабии, которое было сформировано в ходе исторических событий конца XVIII – начала XX в. В названных трудах Берга представлена квинтэссенция информации, накопленной в литературе указанного времени о немецких поселенцах.