– Нет не панские; но евреи вообще не заботятся о чистоплотности.
– Мы смотрим за чистотою раз в неделю – в шабаш, да в большие праздники, в другие же дни
В XIX в. об этнопсихологии как об особом направлении в этнологической науке никто и не догадывался, но внимание на специфику этнического характера и повседневного поведения люди обращали с древнейших времен. Поэтому в процессе бурного развития этнографического знания, в период творчества А. Афанасьева-Чужбинского, в этнографических описаниях было принято выделять так называемых «типических представителей народа», делать зарисовки народных «типов». Конечно, многие описания народного характера, встречаемые у авторов XIX в., сегодня выглядят несколько наивными, современная наука более критична и строга в выставлении оценок.
Если говорить о XIX в., то его можно назвать временем бесхитростного наделения изучаемого народа определенными «этнографическими характеристиками». Во многом этому способствовало разделение населения империи в широком смысле на славян и представителей других этнических сообществ. Наиболее показательно это выглядело на примере законодательных актов об инородцах Сибири (в широком смысле этого слова инородцами назывались все не славяне) и целого ряда законодательных документов о положении евреев (1804, 1818, 1835, 1851 и др.). Понятно, что эти зарисовки этнографических типов зачастую отличались предвзятостью, но, с другой стороны, они выделяли некоторые черты этнического характера, которые сегодня либо утрачены народом, либо о них не принято говорить. Здесь важно подчеркнуть, что меняющееся время так или иначе накладывает отпечаток на межэтническое восприятие народами друг друга. Одним оно было в период традиционного общества, иным оно является сейчас, в период урбанизации и глобалистических мировых процессов, когда человечество выработало целую систему законодательных актов, унифицирующую права этнических сообществ, способствующую правовой регламентации общественного восприятия того или иного этноконфессионального сообщества. Потому замечания автора интересны в том числе и с этой точки зрения.
«С евреями иметь дело потому хорошо, – отмечает А.С. Афанасьев-Чужбинский, что за деньги они исполняют все, что только в их власти, и не задумываются над вашим требованием, как бы ни было оно эксцентрично, и, наконец, чем оно эксцентричнее, тем еврей веселее, потому что рассчитывает на большее вознаграждение»411.
Возвращаясь к «типическим представителям», приведем еще один пример: «Хозяин мой, не помню, бывший или настоящий поверенный откупа, оказался бывалым и разумным человеком, и если не был знатоком в изящных искусствах, то обладал обширными познаниями по части разных торговых сделок и верно определял промышленное состояние окрестностей как своих, так и бессарабских. Кроме разных спекуляций он начал заниматься выделкою хорошего чернослива, на манер французского, и вскоре после моего прибытия принес мне полную тарелку отличного чернослива, далеко оставлявшего за собой буковинский»412.