Дочь и сын Плавтиана, Плавтиан и Плавтилла, были сосланы на Липарские острова, где жили в нужде и унижении, хотя Геродиан указывает на достаточную сумму, выделенную на их содержание. Смерть их постигла несколько лет спустя, когда императором стал Каракалла, все еще пылавший ненавистью к бывшей жене. А что касается статуй Плавтиана, то их все снесли сразу же, а затем переплавили в металл.

Центурион Сатурнин и учитель Эвод были награждены, хотя Септимий запретил упоминать их в сенатском постановлении ввиду их низкого положения, чем вызвал одобрение сената, а позже Каракалла вообще убил их, но по другой причине.

Так неожиданно оборвалась жизнь человека, о котором Кассий Дион говорил: «В мое время он был самым могущественным из людей, всех приводил в дрожь, и его боялись больше, чем самих цезарей».

Тот же Дион приводит два предзнаменования падения Плавтиана. По крайней мере, так эти случаи восприняли в Риме.

Первым было появление кометы, а вторым появление огромного кита в гавани Остии. Кит выбросился на отмель и был убит местными жителями, а его чучело выставили в амфитеатре в Риме. Оно было таким огромным, что внутри поместилось 50 медведей.

На будущее Септимий назначил опять двух префектов претория, одним из них был бывший префект Египта Квинт Меций Лет, а вторым — знаменитый юрист Эмилий Папиниан. Оба удержались на этих постах до смерти Септимия Севера. Один префект был слишком опасен концентрацией власти.

Сам Септимий после казни Плавтиана старался поменьше находиться в Риме, предпочитая проводить время на виллах в Кампании, где он увлечённо занимался судопроизводством и правоведением. Среди его приближённых, кроме Папиниана, известны африканец и бывший адвокат Публий Мессий Сатурнин, который готовил императору речи на латыни, а также греческий секретарь и известный софист Элий Антипатр, учитель Каракаллы.

Что происходило в Кампании, хорошо описал польский историк Александр Кравчук. Всё августейшее семейство выехало за город и постаралось вести правильный образ жизни. Сам император начинал работать с государственными документами еще до рассвета. Затем совершал небольшую прогулку, на ходу обсуждая с политиками важные государственные дела. Затем, если это было не в праздничный день, император занимался рассмотрением подсудных дел. По мнению Кассия Диона, Септимий был замечательным судьей. Сторонам всегда давал достаточно времени для того, чтобы представить свои претензии, а затем позволял защитникам свободно высказывать свое мнение. Так проходило время до обеда. Затем цезарь совершал конную прогулку, занимался гимнастикой, принимал душ. Обедал или с сыновьями, или только с женой, причем обед обычно был весьма сытным. Послеобеденный освежающий сон — и император опять принимался за дела. Затем следовали прогулки по саду, во время которых велись или деловые разговоры, или философские диспуты, попеременно, по-латыни и на греческом языке. По возвращении на виллу император снова принимал ванну, а ужинал обычно в кругу близких друзей. Роскошные пиры задавал очень редко и только по необходимости.