Со становлением капитализма, буржуазное государство, пояснял К. Маркс, стало основой «нового деспотизма»: «Государственная власть после революции 1848–1849 гг. становится «национальным орудием войны капитала против труда»[2255]. Этот «очевидный захват государства капиталистическим классом непосредственно заставляет каждого пролетария, — приходил к выводу один из идеологов каутскианства Р. Гильфердинг, — стремиться к завоеванию политической власти, как единственному средству положить конец эксплуатации»[2256].

Впервые термин «диктатура пролетариата», Маркс употребил в работе «Классовая борьба во Франции с 1848 по 1850 г.» Впоследствии, опираясь на опыт международного рабочего движения, Маркс в «Критике Готской программы» (1875 г.) сформулировал следующий вывод: «Между капиталистическим и коммунистическим обществом лежит период революционного превращения первого во второе. Этому периоду соответствует и политический переходный период, и государство этого периода не может быть ничем иным, кроме как революционной диктатурой пролетариата»[2257]. Сущность диктатуры пролетариата классики марксизма изложили в «Манифесте коммунистической партии»: «пролетариат основывает свое господство посредством насильственного ниспровержения буржуазии… Пролетариат использует свое политическое господство для того, чтобы постепенно вырвать у буржуазии весь капитал…, и возможно более быстро увеличить сумму производительных сил»[2258].

При этом, как отмечал Ленин в своем анализе работ классиков: «открывать политические формы… будущего Маркс не брался. Он ограничился точным наблюдением французской истории, анализом ее и заключением, к которому приводил 1851 год: дело подходит к разрушению буржуазной государственной машины»[2259]. Причины того, что Маркс не оставил никаких конкретных рекомендаций для политической организации в переходный период Ленин объяснял тем, что: «Формы буржуазных государств чрезвычайно разнообразны, но суть их одна: все эти государства являются, так или иначе, но в последнем счете обязательно диктатурой буржуазии. Переход от капитализма к коммунизму, конечно, не может не дать громадного обилия и разнообразия политических форм, но сущность будет при этом неизбежно одна: диктатура пролетариата»[2260].

«Власть рабочего класса, — пояснял Ленин, — вырастает из конкретных условий освободительной борьбы каждого народа. Поэтому в разных странах она не может не приобретать различной формы. «Все нации придут к социализму это неизбежно, но все придут не совсем одинаково, каждая внесет своеобразие в ту или иную форму демократии, в ту или иную разновидность диктатуры пролетариата, в тот или иной темп социалистических преобразований разных сторон общественной жизни»[2261].