«Когда было обнаружено, что в Финляндии, под предлогом помощи белофиннам находится немецкая армия под командованием генерала фон дер Гольца, насчитывающая пятьдесят пять тысяч человек, оказалось, что нет ничего, что могло бы удержать их от захвата незамерзающего порта Мурманска. Создай они там базу для подводных лодок, и вся наша сложная система оборонительных рубежей у Па-де-Кале будет опрокинута, что повлечет страшные последствия для конвоев. Это, — утверждал британский ген. Э. Айронсайд, — была реальная надвигающаяся опасность, которая и вызвала появление союзнических войск на севере России»[2559].
Потенциальная угроза действительно существовала: Финляндия, опираясь на поддержку Германии, требовала от России весь Кольский полуостров, Соловецкие острова, далее граница по Белому морю должна была идти по реке Свири к Ладожскому озеру и до Финского залива; плюс к этому финны хотели еще и Восточную Карелию. Таким образом, финны заявляли территориальные претензии, равные 60 % всей площади Финляндии, а кроме еще и огромной контрибуции[2560]. Для Антанты, в этой связи, реальную угрозу представляло появление немецких военно-морских баз на Кольском полуострове.
Приглашение
Приглашение
«Первая высадка союзников на северном побережье России прошла практически без сопротивления большевиков, — вспоминал американский посол Фрэнсис, — при весьма интересном стечении обстоятельств»[2563]. События разворачивались следующим образом: Троцкий отказался участвовать во вторых переговорах в Брест-Литовске. Вместо себя он послал Чичерина. Условия договора на этот раз были гораздо более тяжелыми, чем те, которые большевики отвергли на первых переговорах, и Троцкий предполагал, что Чичерин откажется их подписать, а немцы начнут новое наступление[2564].