«Основной его (Вильсона) целью, — по мнению историка Б. Миллера, — было стремление предупредить своих коллег относительно невозможности перерастания спасательной миссии в антибольшевистский крестовый поход». Вильсон «хотел держать двери открытыми в Сибири и в северной Манчжурии, не вмешиваясь во фракционные споры русских»[2923]. Однако шаг был сделан — 5 августа вышла официальная американская декларация, которая начиналась словами: «Военное вмешательство скорее принесет России вред, нежели помощь в ее тяжелом положении…, вмешательство в дела России для нанесения удара Германии может, скорее всего, явиться способом использования России, нежели оказанием ей помощи. Состояние русского народа будет употреблено на содержание иностранных армий, а не на реконструкцию ее армии и прокормление народа»[2924].

Именно американский президент, утверждал британский исследователь Флеминг, нес ответственность за начало интервенции в Сибири: «Многие недели державы Антанты не предпринимали никаких дипломатических усилий по вовлечению США в активные боевые действия. Однако, когда в начале июля стало известно, что Америка собирается сделать то, к чему ее так давно подстрекали, всерьез обеспокоились. И виноват в этом был президент Вильсон… Неожиданная смена американского курса не только не была согласована с европейскими союзниками, но им сообщили об этой смене лишь на следующий день после того, как решение Вильсона было передано японцам…»[2925]; «Америка первой решилась послать свои войска в Сибирь, все остальные союзники тут же последовали ее примеру»[2926]. Американский коллега Флеминга, историк Уорт был прямо противоположного мнения: «Соединенные Штаты… постоянно отставали от своих более агрессивных антибольшевистских партнеров (Англии и Франции), являясь их неохотным и строптивым пособником»[2927]. «Соединенные Штаты лишь косвенно участвовали в этой деятельности, и если возникала необходимость в помощи, как в случае с Калединым, она оказывалась в виде займов, предоставляемых другим странам союзников»[2928].

Именно американский президент, утверждал британский исследователь Флеминг, нес ответственность за начало интервенции в Сибири: «Многие недели державы Антанты не предпринимали никаких дипломатических усилий по вовлечению США в активные боевые действия. Однако, когда в начале июля стало известно, что Америка собирается сделать то, к чему ее так давно подстрекали, всерьез обеспокоились. И виноват в этом был президент Вильсон… Неожиданная смена американского курса не только не была согласована с европейскими союзниками, но им сообщили об этой смене лишь на следующий день после того, как решение Вильсона было передано японцам…»[2925]; «Америка первой решилась послать свои войска в Сибирь, все остальные союзники тут же последовали ее примеру»[2926].