Существовавший в Самаре союз грузчиков до переворота насчитывал 75 человек, из них осталось в живых 21, остальные были расстреляны летом 1918 г.[2948] В июле 1918 г. при подавлении крестьянского восстания в трех волостях Бугурусланского уезда Самарской губернии было расстреляно более 500 человек[2949]. Всего, по данным газеты «Приволжская правда», в Самаре и Сызрани за лето-осень было расстреляно более чем по тысяче человек[2950]. В местечке Липяги (Новокуйбышевск) вблизи Самары было расстреляно 70 раненых красноармейцев, а общее количество погибших составляла около 1300 человек[2951]. Многочисленные расстрелы произошли в Мелекессе и других городах. Так, под Курганом чехословаками было повешено 13 рабочих и 500 арестовано[2952].

О занятии Симбирска 22 июля сообщала лояльная чехословакам газета: «В первые дни занятия Симбирска аресты производились прямо на улице по доносам; достаточно было кому-нибудь из толпы указать на кого-нибудь, как подозрительное лицо, и человека хватали. Расстрелы производились без всякого стеснения тут же на улице, и трупы расстрелянных валялись на улице несколько дней»[2953]. Всего в Симбирске белочехами было расстреляно около 400 человек, в селе Сорочинском — 40 человек, в селе Пьяновке — 8 человек, в селах близ Красного Яра — 27 человек[2954].

В августе настал черед Казани. Картины прихода чехословаков, оставил видный меньшевик И. Майский: «на мостовых валялись неубранные трупы красноармейцев… у забора стояли двое молодых парней, по внешности, видимо, рабочих, страшно бледных, с кровавыми шрамами на лице. Против стояло человек 5 чешских солдат с поднятыми винтовками… Раздался залп, и оба рабочих, беспомощно взмахнув руками, упали на землю…», в другом месте «группами стояли пленные большевики: красноармейцы, рабочие, женщины и против них чешские солдаты с поднятыми винтовками. Раздался залп, и пленные падали. На моих глазах были расстреляны две группы, человек по 15 в каждой…»[2955]. «Поражало обилие вооруженных людей с белыми повязками на руках, в военной форме. Отдельные группы их по каким-то спискам и указаниям хватали на улицах и в квартирах людей и на глазах толпы одним-двумя выстрелами кончали с ними»[2956].

«Это был поистине безудержный разгул победителей, — вспоминал очевидец событий П. Смидович, — Массовые расстрелы не только ответственных советских работников, но и всех, кого подозревали в признании советской власти, производились без суда, — и трупы валялись по целым дням на улице»[2957]. Очевидец А. Кузнецов: «раненых зверски добивали… Это было похоже на пир дикарей, справлявших тризну на трупах побежденных»[2958]. По сведениям штаба чехословацких войск, при захвате Казани было убито до трехсот человек[2959], в сентябре при подавлении восстания — еще более 600 человек[2960], при отходе из города в конце сентября еще — 50 человек[2961]. Таким образом, в Казани и ее пригородах менее чем за месяц было расстреляно почти 1000 человек[2962].