«Уничтожить его (большевизм) мечом…, это означало бы оккупацию нескольких провинций в России, — отвечал в январе 1919 г. Ллойд-Джордж, — Германия имея миллионы человек на восточном фронте, держала только край этой территории. Если послать теперь для этой цели тысячу британских солдат они взбунтовались бы…, мысль о том, чтобы уничтожить большевизм военной силой, — безумие… Всякий поход против большевиков сделал бы Англию большевистской и принес бы Лондону Совет»[3637].

«Факт превалирования большевизма в России должен быть принят, — указывал Ллойд Джордж с трибуны Парижской мирной конференции, — Крестьяне приняли большевизм по той же причине, по какой крестьяне приняли Французскую революцию, а именно потому, что она дала им землю. Большевики являются фактическим правительством России. Мы официально признали царское правительство, хотя знали, что оно абсолютно прогнило. Мы признали его, поскольку оно было правительством де-факто. Мы признали Донское правительство, Архангельское правительство, Омское правительство, хотя ни одно из них не было таковым, но мы отказываемся признавать Большевиков. Утверждать, что нам самим принадлежит право выбирать представителей великого народа, было противно всем принципам, за которые мы боролись. Вполне возможно, что большевики не представляют Россию. Но князь Львов и Савинков, конечно же, не представляют ее тем более… Британское правительство уже однажды во времена Великой французской революции, совершило такую ошибку, придя к заключению, что эмигранты представляют собой Францию. Это привело к войне, которая длилась двадцать пять лет»[3638].

«Может быть только одно оправдание вмешательству в дела России, а именно то, что Россия этого желает, — подчеркивал Ллойд Джордж 16 февраля, — Если это так, то в таком случае Колчак, Краснов и Деникин должны иметь возможность собрать вокруг себя гораздо большие силы, чем большевики. Эти войска мы могли бы снабдить снаряжением, а хорошо снаряженное войско, состоящее из людей, действительно готовых сражаться, скоро одержит победу над большевистской армией, состоящей из насильно завербованных солдат, особенно в том случае, если все население настроено против большевиков… Если же, с другой стороны, Россия не идет за Красновым и его помощниками, то в таком случае мы нанесли бы оскорбление всем британским принципам свободы, если бы использовали иностранные армии для того, чтобы насильно организовать в России правительство, которого не желает русский народ»[3639].

«Интервенция бросит антибольшевистские партии в объятия большевиков…, — предупреждал Ллойд Джордж — Если Россия действительно настроена враждебно к большевикам, то снабжение боеприпасами даст ей возможность освободиться. Если же Россия стоит за большевиков, то мы не только не имеем права вмешиваться в ее внутренние дела, но это было бы даже пагубно, потому что усилило бы большевистские настроения и консолидировало бы силы сторонников большевизма…»[3640]. «Я не вижу оснований, почему державы должны навязывать населению правительство, к которому оно не проявляет особого интереса…, — повторял Ллойд Джордж, — Нам следует провозгласить принцип: «Россия должна спасти себя сама». Ничто другое не принесет ей ни малейшей пользы»[3641].