За три выпуска краткосрочных обязательств Временное правительство заняло 8,2 млрд руб. — в текущих ценах больше, чем за все 3 предыдущих года войны[1384]. В результате если сумма военных расходов за 8 месяцев 3–11.1917 по отношению к 3–11. 1916 гг. выросла в 1,4 раза, то эмиссия–4,3! «Наши выпуски бумажных денег самые большие во всем мире…, — указывал видный банковский статистик А. Гурьев, — (с начала войны) общее количество денег увеличилось во Франции на 100 %, в Германии — на 200 %, в Англии почти совсем не возросло, а у нас увеличение составляет 600 %»[1385].
«Четыре сменявшихся один за другим министра финансов не могли ничего сделать, чтобы вывести страну из финансового тупика, — отмечал ген. Деникин, — Ибо для этого нужно было или пробуждение чувства государственности в народной массе, или такая мудрая и сильная власть, которая нанесла бы сокрушительный удар гибельным, безгосударственным, эгоистичным стремлениям и той части буржуазии, которая строила свое благополучие на войне, разорении и крови народной, и той демократии, которая, по выражению Шингарева, «с такой суровостью, устами своих представителей в Государственной Думе, осуждала тот самый яд бумажных денег, который теперь полными чашами стала пить сама, — в момент, когда явилась почти хозяином своей судьбы»[1386].
Уже к сентябрю все военные расходы полностью покрывались за счет эмиссии (Гр. 8). и это был конец — эффективность эмиссионного финансирования стала отрицательной. Больше денег на продолжение войны, затраты на которую составляли почти 80 % всех расходов правительства, не было.
Этот факт 20 октября на соединенном заседании Комиссии (Совета Российской Республики) по обороне и по иностранным делам, констатировал военный министр Временного правительства А. Верховский: «Наши расходы достигли в день 65 млн. рублей, из которых только 8 идет на общегосударственные нужды, все остальное — на войну… Между тем, по сообщению министра финансов, мы живем без доходов, единственно на печатном станке, так как налоги перестали поступать. Станок же дает 30 млн. бумажек в день. Таким образом, 1 января 1918 года образуется дефицит в 8 млрд. рублей. Изменить это положение можно только решительным сокращением расходов на войну, но так как Ставка не считает возможным уменьшить армию, то и здесь тупик…»[1387].