«Что же тебе поручить? – Он задумчиво почесал свою кавказскую головушку. – Тем своих, говоришь, у тебя нет… А сходи-ка ты в Ленком, там скоро премьера, поговори с Эфросом…»

В Театре имени Ленинского комсомола (теперь он называется проще и уже официально – Ленком) готовились к сдаче спектакля «104 страницы про любовь» по пьесе Эдварда Радзинского. Эта пьеса впоследствии была экранизирована под другим названием – «Ещё раз про любовь», с Татьяной Дорониной и Александром Лазаревым в главных ролях, постановщик – Георгий Натансон. Более громкая слава к Эфросу придёт чуть позже – когда он возглавит Театр на Малой Бронной, но и тогда он был уже знаменит. Сделать с ним интервью по поводу новой постановки – от этой мысли у меня тряслись поджилки. Как подступиться, о чём спрашивать?

Завлит театра Нонна Скегина, поняв мои творческие муки, предложила для начала побывать на генеральной репетиции. Спектакль мне понравился, особенно запомнился Александр Ширвиндт (он и в кино сыграл ту же роль). Но сюжет интервью никак не выстраивался. И тем более не складывалась статья. Хотя, казалось бы, чего проще: спроси о постановке, почему режиссёр выбрал пьесу про любовь и трагическую гибель красивой девушки, а не про героические свершения молодёжи на стройках коммунизма, у доменных печей или на целине.

Я провалил задание. Мне было стыдно перед Тер-Акопяном, и ничего лучшего я не мог придумать, как спрятать голову в песок, то есть и к Леониду не возвращаться, и вообще не пытаться о чём-либо писать…

Так закончилось, не начавшись, моё приобщение к театральной критике.

В моём «творчестве» наступил очередной долгий перерыв – на три года. В редакции меня, без опыта, естественно, не брали, и я неожиданно стал учителем. Школа увлекла. У меня неплохо получалось, наладились хорошие контакты со школярами. Я даже чуть не стал директором. Но судьба распорядилась по-своему.

На очередной установочной сессии на журфаке я познакомился с однокурсницей красавицей Леной Журавской, работавшей в отделе спорта «Московского комсомольца». Она привела меня в отдел пропаганды «МК» и передала в руки Володи Чернова (будущего главного редактора «Огонька») и Лёни Коренева. Оба они ещё продолжали учиться на дневном отделении журфака, и, тем не менее, уже работали в штате. Володя даже стал исполнять обязанности завотделом, Лёня взял надо мной личное творческое шефство.

Так, более полвека назад я стал профессиональным журналистом. Однако, помня, о своих литературных планах, не раз отклонялся от генерального трудового маршрута…