«…О последней поездке в Ригу. До этого в Ригу я ездил только зимой и ранней весной, когда не было зелени, не было цветов, не было горячего солнца, летних ярких платьев, ощущения духоты, шума, тесноты и всего движения города. Летом Рига во много раз лучше. Я покупал фотоматериалы в центральном универмаге. По установившейся уже привычке я зашёл в буфет и купил вкусную булочку и стакан какао. Подзаправившись, я отправился бродить по городу. Город жил обычной и необычной будничной жизнью. На бульварах вдоль Городского канала много любителей тишины и прохлады. Я расположился на лавочке, посмотрел на прохожих, посмотрел на почти ручных голубей и нахальных воробьёв. И всё время я думал о том, что я – солдат, это ощущение покидает, только когда ложишься спать. Ты здесь не такой, как все. Ты нужен на посту, очень нужен, когда вдруг случаются стихийные бедствия (хоть бы и пожар!), но ты – нежелателен в городе, во всех общественных местах. Исключение составляет Гаркалнский клуб, да и то не полностью».

«…О последней поездке в Ригу. До этого в Ригу я ездил только зимой и ранней весной, когда не было зелени, не было цветов, не было горячего солнца, летних ярких платьев, ощущения духоты, шума, тесноты и всего движения города. Летом Рига во много раз лучше.

Я покупал фотоматериалы в центральном универмаге. По установившейся уже привычке я зашёл в буфет и купил вкусную булочку и стакан какао. Подзаправившись, я отправился бродить по городу. Город жил обычной и необычной будничной жизнью. На бульварах вдоль Городского канала много любителей тишины и прохлады. Я расположился на лавочке, посмотрел на прохожих, посмотрел на почти ручных голубей и нахальных воробьёв. И всё время я думал о том, что я – солдат, это ощущение покидает, только когда ложишься спать. Ты здесь не такой, как все. Ты нужен на посту, очень нужен, когда вдруг случаются стихийные бедствия (хоть бы и пожар!), но ты – нежелателен в городе, во всех общественных местах. Исключение составляет Гаркалнский клуб, да и то не полностью».