Чтобы разрушить эту отчуждённость, показать, что я с уважением отношусь к их стране, языку, культуре, я стал учить латышский язык. Помогал один из наших солдат-латышей, потом я купил учебник, словарь. Стоило в магазине сказать лишь несколько слов по-латышски: «Лаб диен!» (добрый день), «Свейке!» (привет), «Лудзу» (пожалуйста), и каменное лицо продавщицы тут же оживало, даже если потом ты говоришь только по-русски…

Много лет спустя, но ещё в советское время, провожая сына Сергея на традиционные летние сельхозработы в Литву, организованные его школой, я предупреждал: «Ты едешь за границу!»

Балтийские республики всегда оставались заграницей, не смирились с советской «братской помощью» и первыми выскочили из «нерушимого» Союза, по сути, уже при Горбачёве.

Но тогда, в 1950-е, мы демонстрировали дружбу народов. По большим советским праздникам наша часть давала концерт в местном клубе. С участием и местных, гражданских исполнителей. Кто-то пел, кто-то плясал, кто-то декламировал… На торжестве в честь Дня Советской армии, Виктор, помню, читал стихи – из «Василия Тёркина» Твардовского: «Шёл легко и даже браво. По причине по такой, Что махал своею правой, Как и левою рукой…» Ну, что ещё мог декламировать советский солдат? Стихи о советском паспорте Маяковского? И это было, тоже патриотично. Или про шолоховского деда Щукаря – по крайней мере, народ посмеяться может, и не про политику…

Местное население всегда приходило на эти мероприятия. В основном молодёжь. Ведь после концерта были танцы. Танцы устраивали и вне праздников – по воскресеньям. Но надо было безупречным поведением заслужить увольнение. Я старался. И в первое же для нашего нового воинского пополнения увольнение попал на танцы.

Выпуская на волю, старшина каждого чуть ли не ощупал, осмотрел, достаточно ли чисты подворотнички и сапоги, хорошо ли сидит впервые одетый праздничный китель. Ну, и напутствие: вести себя культурно, с местными не ссориться, не материться и, конечно, не употреблять алкоголь.

Танцы там проходили более организованно, чем на московских танцплощадках. Часто объявлялись «белые танцы». Нам привычные. А вот танцы «аплаус» («аплодисменты») нам были в новинку. Когда объявляют «аплаус», любой человек (парень или девушка) может подойти к любой паре и, похлопав в ладоши, отбить партнёра. Но и оставшийся не удел партнёр мог разбить любую пару. Даже только что созданную, хотя это уже считалось не совсем тактичным.

С первых же танцев у меня, как и у некоторых других расторопных «однополчан», появилась партнёрша. Очень красивая. Самая красивая в Гаркалне. Я сразу же её заприметил. И не только я, конечно. Первый шаг к нашему сближению сделал я. Пригласил на танец. Когда объявили «белый танец», она пригласила меня. То ли это был долг вежливости по европейским понятиям, то ли я тоже сразу же привлёк её внимание. Познакомились.