Кораллово известно с пятнадцатого века. Оно переходило от одного влиятельного владельца к другому. Каждый вносил в его обустройство свою лепту. Появились приличный господский дом, парк с прудами, церковь, другие постройки. И название со временем менялось: Караулово, Каралово, Коралово и, наконец, Кораллово. Усадьба пережила несколько трагедий: её разоряли французы в 1812 году, большевики – в 1930-е (опустошили церковь), немцы – в 1941-м…

В моё время усадьбу занимал весьма посредственный профсоюзно-комсомольский дом отдыха. А пионерлагерь располагался через дорогу, прямо в густом лесу. В 1980-е годы я побывал там: на месте тассовского пионерлагеря – бурелом.

Лагерь стоял на берегу крохотной речки Сторожки, что, пробиваясь сквозь густые заросли и бугры, впадает в Москва-реку, омывая там высокий, лобастый холм, где обосновался Саввино-Сторожевский монастырь, первая на Руси лавра.

Название речки – явно русское. Подавляющее большинство имён рек на московской земле остались от угро-финских племён, живших здесь до славян. А вот название Сторожки, похоже, произошло от пограничного расположения и оборонного значения её для Звенигородского удельного княжества. Сторожили тут древние славяне свой покой, своё хозяйство от набегов супостатов. А место действительно удобное для защиты: глубокая впадина Сторожки, широкое раздолье Москвы-реки и их высоченные коренные берега.

В 1941 году здесь проходила линия обороны. Немцы дошли до Сторожки, дальше не продвинулись. Они захватили усадьбу Кораллово. И на том месте, где стоял пионерлагерь, и в ближайших окрестностях ещё сохранялись остатки обветшавших, полузасыпанных оборонительных сооружений, окопы, блиндажи. Однажды мы специально сходили с моим отрядом в лес, чтобы набрать трофеев войны. К тому времени почти четверть века прошло после боевых действий в этих местах, и ведь мы кое-что нашли: детали оружия, корзины для крупных снарядов… А сапёры каждое лето, несмотря на давность той жестокой войны, всё равно прощупывали территорию металлоискателем. Заботились об отпрысках сотрудников государственного учреждения.

Особая забота о детишках проявилась и в борьбе с… насекомыми. В подмосковном лесу комаров и прочих врагов спокойной жизни – мириады. И однажды нам приказали на ночь крепко закупориться и не выглядывать до утра. «Нас утро встречает…» Нет, оно встретило не так, как поётся в этой задорной советской песне. Не прохладой, а смрадным запахом той жидкости, которой опрыскивали, и… миллионами трупов насекомых. Вся земля была засыпана умерщвлёнными комарами, мухами, бабочками, кузнечиками и всем тем, что ещё вчера здесь летало, прыгало, ползало, стрекотало, жужжало… Тишина. Как после атомной бомбардировки. Слава богу, последствия ядерного взрыва воочию увидеть не довелось, но напрашивалось именно такое сравнение.