По крайней мере, Василий Белов, прочтя все эти обращения и заявления, написал мне, дав всем подписантам неприятную характеристику: «Все подписанты с потрохами куплены церетелевцами».

Я долго не мог взять в толк, почему Белов посчитал подписантов купленными? И каким образом он догадался о «продажности» тех, кто ни сном, ни духом не знал о подоплеке конфликта в Борисоглебе, а взялся судить депутата. Но, спустя время, правда Белова вскрылась. Популярный актер Василий Лановой, посетивший одно из мероприятий партии «Справедливая Россия», сказал мне, что не подписывал никакого письма против меня, а ежели что и подписывал, то по телефонному звонку от Ганичева. Выходит, ему набрехали с три короба, а он, не разобравшись, поверив на слово знакомому писателю-чиновнику, дал добро на подпись. Но вот ставил ли он самолично эту подпись, он так и не вспомнил.

Еще комичнее выглядела позиция председателя движения «Россия Православная» А. Буркина. Не прошло и двух месяцев после опубликования в прессе скандального обращения Ганичева-Лыкошина-Буркина, как он вручил мне, депутату, стремящемуся якобы из монастыря сделать личную вотчину, медаль «За жертвенное служение». Я спрашиваю Буркина, а как же быть с его подписью под обращением, в котором я подвергнут критике за разрушение центра православной жизни в Борисоглебе?! Он удивился, а затем возмутился… Про то, как я восстанавливаю храмы и монастыри на Ярославской земле он хорошо знает, а вот про «личную вотчину» слышит впервые. Подписывал ли то обращение – он не вспомнил. А когда я показал ему копии статей и обращений, под которыми стоят подписи Белова и Распутина, Брюсовой и Пашкина, то председатель движения «Россия Православная» стал ругаться… Его гнев был вызван не тем, что он не в курсе той дискуссии вокруг памятников Церетели, а тем, что он по велению Ганичева был записан в противники великих русских писателей. «Да я и в мыслях не могу допустить, чтобы когда-нибудь мог возразить Белову и Распутину, – признался он. – Я верю их слову, поддерживаю их деятельность».

Вслед за одним орденом Александр Буркин наградил меня потом еще двумя медалями «Защитник Отечества» и «Андреевская». Я рад был, что недоразумение с подписью замечательного русского подвижника завершилось таким необычным образом. К тому же он мудро вставил на удостоверение к медали «Защитник Отечества» великие слова святого князя Александра Невского: «Не в силе Бог, а в правде».

Видимо, журналисты областной газеты «Золотое кольцо» тоже придерживались завещания князя, потому опубликовали ряд статей в поддержку как моей позиции, так и позиции Белова и Распутина. Одна из них называлась «Почкуются колоссы от Церетели». Ее, впрочем как и другие, я выслал Василию Белову. Отзыв был восторженный.