Соколов с конвертом в руках ждал его.

— Петр Никифорович, — сочувственно сказал директор. — Знаем, какое у тебя горе. Но мы всегда с тобой. Весь наш коллектив. Мужайся, дорогой... Что делать, несчастный случай... — Он протянул Макарову конверт.

Тот его взял. Спросил:

— Вопрос можно?

— Здесь? Сейчас? — не понял директор.

Макаров кивнул.

— Ну давай, — неуверенно разрешил директор.

— Кто виноват в гибели моего сына? — спросил Макаров. — Кто за это ответит?

Совсем тихо стало в зале.

Соколов вопросительно посмотрел на Ванину.

Та тяжело вздохнула.

— Мы вас понимаем, товарищ Макаров, — сказала она. — Идет следствие. И можете не сомневаться: все до единого получат по заслугам.

— После вашей речи я как раз очень сильно в этом сомневаюсь, — сказал Макаров.

Лицо Ваниной не изменилось.

— Почему же, Петр Никифорович? — спросила она. — Не понимаю, какая тут связь?

— А потому что стадиончики все строим... Клубы и кинотеатры... А выйдешь из кинотеатра — и по шею в кипяток... В нашем замечательном городе за порог дома ступить опасно. На краю гибели живем, — он тяжело дьшал.

Ванина мягко сказала:

— Мне кажется, Петр Никифорович, вы слишком доверяете слухам.

— Не слухам, товарищ заместитель председателя исполкома, — возразил Макаров. — К нам в цех официальный человек приезжал. Из «Горэнерго». Инструктировал, чтобы на пар не ходили. И вообще обрисовал ситуацию.

Ванина посмотрела на Соколова.