— На ней Голубая Саламандра, — ответил его друг. — Даже если пришедшая тебе не сестра — мы должны быть там и знать правду. Может наказать самозванку или успокоить свои сердца. Пусть Истргдор перескажет все в точности — я же утверждать пока ничего не смею.

— Опиши ее имьяхиец! Истинно! Пусть Рожденный тоже не молчит!

— Это она и не она! — восклицал Арум, слушая воина и взволнованные отступления мальчишки.

— Здесь какое-то наваждение, — думал он. — Не слуг ли Верхнего храма это дело?! И если так, то даже они, как сумели достать до меня в такой дали?! Чего хотят?!

— Они люди не совсем, — воспалил его разум Оенгинар. — Я видел, как огонь появлялся из маленькой штучки в его руке. Видел — она заживляла кровавую рану своей ладонью, не призывая богов, не твердя заклятья! Только рукой! И скоро та рана становилась обычным, настоящим телом! Она в пути не знала усталости, вместо отдыха вечерами плавала в реке, а потом рассказывала про звезды и называла их другими именами. Когда она садилась со мной рядом, становилось хорошо, уютно, как в присутствии матери.

Арум решил верить не всему. Но лишь горцы вскочили на коней, он был среди них первый. Сначала медленно, произнося молитву грозному богу, они прошествовали мимо дымящего смрадом алтаря, выехали за изгородь стойбища и молчаливо смотрели в небо — раскрашенные соком трав и кровью воители Имьях, рядом небольшой отряд аттлийцев, сверкающих золотом и твердейшей сталью.

— Вот! Там! — наконец крикнул кто-то. Все обернулись в указанном направлении. Вдалеке, у склона лесистой с просединами горы парили два орла. Плавно кружа, они двигались на восток.

— Гей! — радостно крикнул Истргдор. Войско тронулось по долине вниз.

До полудня они обогнули рощи Миофы, крохотный городишко у Гусиных озер и стремительно понеслись к Бамбуковому городу. При виде их жители селений прятались в свои лачуги, бросая повозки и скот, бежали в поля. Но некоторые, встречая всадников орали:

— Задайте им! Бейте и жгите!

— С нами Оенгинар! — гордо отвечали воины.

— Накажите проклятых! Мстите за святотатство!

— Бейте! Бейте их!

С высоких стен заметили имьяхийцев, лишь облако пыли зазмеилось меж ждущих жатвы полей. По чьему-то указу все ворота оставались закрыты с ночи. Когда авангард войска, влетев на мост, остановился у западной башни, и всадники хором закричали: — Открывайте! С нами Оенгинар! Со стены в них полетели стрелы и камни. Никто из воинственного отряда не предвидел такой враждебной встречи. В первых рядах возникла суматоха. Кони метались с диким ржанием, ломая ограждения моста и падая в ров. Хотя горцы быстро отступили, перед воротами осталось много распростертых тел.