Лишь за подвесным мостом через Оеки, бурную межу этих обрывистых берегов, он поведал заключительную часть приключения, кончившегося встречей с Тогом и несвоевременной беседой с Аманхором. Без особого пафоса Андрей выставил на показ руку, ободранную о панцирь чудовища, отвергая опасения после известных слов жреца, сказал, что соки трав Хетти остановили кровь и сняли воспаление не хуже, чем то совершал биор. Хронавт все же заставила его присесть на скамье у огромного, как срубленная голова великана валуна и развязать лоскут, стягивающий запястье, рана была не глубокой, и уже сухой. Беспокойство вызывали красноватые пятна, проявившиеся выше к локтю.

— Не более, чем укус москита, — сказал Грачев.

— Москита с челюстями птеранодона. Ты, будто Нери. Вот даже отметина. — Эвис коснулась влажными губами его руки. — А я металась без сна, как обезумевшая Лода. Слушала каждый шорох. О, небо! Со светом дня мне уже мерещились огненные стрелы! Но все закончилось счастливо… Или нет?

— Я же сказал: все только начинается.

— Ты снова не откровенен сполна? Андрей! — устроившись у Грачева на коленях, Эвис нетерпеливо теребила ворот его туники.

— Если я раньше не договаривал, то для пользы дела. согласна? Ты бы помешала осуществить мой план с Пирамидой, — она бы по-прежнему оставалась для нас немой святыней ушедших эпох. Теперь я сказал все, за исключением одной мелочи. просто вылетело из головы.

Он поднял ее легко, словно невесомую, опустил на выступавшую из камня консоль, с некоторых пор служившую опорой почерневшим доскам скамьи, и отошел на несколько шагов.

Наступали сумерки. Из низких туч, цеплявшихся за горб лесистых возвышенностей, опять посыпал дождь. От обители пикритов, скрытой сгустившейся мглой, доносились медные протяжные звуки.

— Какой мелочи?

Без плаща, в промокшем хитоне, плотно облегавшем фигуру, Эвис походила на статую Ликса, томившуюся у пруда. Помедлив еще минуту, Грачев подступил и подал ей руку.

— Никаких секретов, милая. Я все-таки записал послание из Пирамиды. Записал и сумел сохранить его. Оно здесь. — Он с достоинством извлек пергамент, прячась от дождя, отошел под полог листвы. — вряд ли, что ты разберешь сейчас. я не хотел показывать в пути по некоторыми причинам.

Хронавт быстро развернула свиток и принялась разглядывать ряды аккуратных значков.

— Похоже на рисунки на диадеме?

— Едва. уже слишком темно. — Эвис сложила пергамент, заботливо укрыла его плащом. — не похоже вообще ни на какие письмена Аттины. Осмелюсь сказать: ни на какие письмена известных цивилизаций земли.