– Хорошая мысль, что еще?

Стоило только задуматься, как сразу же нашлось потрясающее количество ненужных вещей. Ковры, украшения, мебель, запасные блоки, детали. Список увеличивался. Но одна немаловажная деталь была упущена.

– А как насчет груза? – спросил Дон.

Курикка отрицательно покачал головой.

– Хотелось бы, но это трудно осуществимо, – сказал он. – Там тяжелые механизмы, тюки с одеждой, куча мелких вещей, от которых следовало бы избавиться. Но груз находится в контейнерах, которые прочно закреплены в трюме. Думаю, мы можем воспользоваться аварийным устройством, чтобы вскрыть контейнеры и освободить от содержимого, но на это уйдет как минимум пара дней.

– Слишком много. Груз придется оставить, но все остальное должно быть выброшено.

Как только указания были розданы, Дон отправился в кают-компанию. Он представил себе, как его встретят, и не ошибся. Все сто двенадцать пассажиров ожидали его в весьма скверном настроении. Ему пришлось кричать, чтобы быть услышанным. Он изложил трудности, выпавшие на их долю, – отклонение от курса из-за аварии и необходимость облегчить корабль. Когда он коснулся судьбы их багажа, ему ответил взрыв негодования.

– Вы не имеете права и не заставите меня это сделать! – гневно крикнула пожилая дама, и со всех сторон послышались возгласы одобрения. Дон дождался, пока крики утихнут, потом заговорил снова:

– Прошу прощения, если я кажусь чересчур своевольным. Но уверяю вас, в том положении, в котором мы оказались, иного выхода нет. Это не только мой вывод. Вы знаете, что я всего лишь врач, я выполняю обязанности капитана только потому, что все остальные офицеры погибли. Однако у нас есть связь с Марсианским центром, это также и их вывод. Мы должны уменьшить массу корабля, чтобы развернуться к Марсу.

Снова послышались жалобы, но Дон оборвал их:

– Я капитан, и это – приказ. Можете оставить только те вещи, о которых я упомянул, весь остальной багаж должен быть принесен сюда в течение получаса. От этого зависят ваши жизни.

Пассажиры неохотно разошлись, жалуясь друг другу. Дон усмехнулся про себя, подумав, что ему никогда не добиться уважения этих людей. Тем не менее он должен спасти их жизни – нравится им это или нет. Один человек остался и подошел к Дону. Его лицо было знакомым – худое, загорелое, с торчащими усами.

– Мое имя Дойл, капитан, – представился он. – Я секретарь генерала Бригса.

– Да? Чем могу быть полезен?

Дойл не обратил внимания на резкость в голосе Дона и улыбнулся:

– Не мне, капитан, генералу Бригсу. Он хочет переговорить с вами. Так ли чрезмерна его просьба?