— Тогда стреляй в лоб, — сказал куратор. — Стреляй, ежели кто высунется и пока мы к дому не подойдем. После чего смени позицию и веди скрытное наблюдение. Понял, нет?

— Так точно, — ответил Снайпер и снова с присвистом втянул воздух.

Сарагоса велел прекратить пальбу и, поглядев минут пять на медленно оседавшее дымное облако, распорядился:

— К дому! Дистанция — тридцать шагов, идем треугольником, темп держать!

Он проломился сквозь заросли молодых елей с начисто сбритыми верхушками, выскочил на травянистый луг и по прямой понесся к холму. Минуя груду обломков с тремя неподвижными телами — все, что осталось от «Фореста» и группы первого удара, — повернул голову, крикнул: «Не задерживаться!» На бегу посмотрел на часы — девять семнадцать. Двадцати минут не прошло, а трое уже мертвы! Может, ошибся он и надо было Скифа взять с собой?.. Скиф бы в ту машину нипочем не полез… А Сингапур, счастливчик, сел да поехал… И приехал!

Вина за случившееся душу куратору не жгла, ибо он понимал, что мог оказаться сейчас на месте любого из погибших агентов. Что ж, на войне как на войне! Во всяком сражении смерть командира удваивает потери — а в данной ситуации и удваивать-то было нечего: скосили б всех по-тихому и до дяди Коли добрались бы…

Нет, он не чувствовал себя виновным, ощущая лишь тоскливое сожаление да ярость, от которой сводило скулы. Ну, Догал, ну, компаньон, удружил! Мог бы и намекнуть, какая встреча приготовлена! Или не знал? Ну, разберемся!

Ядовитое облако над срубом расплылось, сделалось полупрозрачным, но соваться голышом в этот дьявольский коктейль из дымаря, тошниловки и слезогонки не стоило. Остановившись метрах в десяти, куратор проинструктировал Сентября и Самурая, потом все трое натянули маски. «Шершни» агентов полетели в траву, на свет Божий появились лазеры, подходившие для ближнего боя куда лучше, чем «АКД»; затем Дорджи и Сентябрь нырнули в проход между стеной дома и сараями. Сарагоса прикрывал, поглядывая на сруб, крыльцо, закрытую дверь да покойников, что валялись на земле и настиле.

Было их ровно полдюжины: пара развороченных автоматными очередями и четверо с аккуратными дырами от снайперской винтовки. Одним козырной туз угодил в висок, а других выцеливал по три раза, бил в руку, в живот, потом в сердце. Сейчас никто уже не шевелился, но куратор решил, что покойнички сыграли в ящик не от пуль — у каждого глаза были выпучены, а на одежде виднелись следы рвоты. Газ прикончил, подумалось ему; газ, дым, запах — как в случае с Догалом. Кажется, на живых пленников рассчитывать не приходилось.