Павел никогда не верил в судьбу, но теперь ему стало казаться, что все его действия, все мысли и переживания были предопределены.

Потому он надеялся, что план его – единственно верный…

За два часа до ужина Павел лежал на своей койке и с нетерпением ждал сирены, возвещающей о начале…

5

5

В столовую большинство заключенных ходили строем. За соблюдением этого правила следили бригадиры. А за тем, насколько хорошо бригадиры справляются со своими обязанностями, следила охрана.

Дважды в день бараки пустели, и ровные шеренги людей под завывание сирен маршировали к вытянутой приземистой столовой, похожей на теплицу.

Внутри было светло и чисто. Порядок здесь поддерживали сами штрафники. Возможно, они не старались бы так, наводя чистоту, но лагерные «авторитеты» не любили питаться в грязи. Потому на небьющихся стеклах огромных, во всю стену, окон не было ни малейшего пятнышка. Деревянные столы, лавки и табуреты, выскобленные до сияния, стояли идеально ровными рядами.

Столовая была тем единственным местом, где в одно время собиралось почти все население Черной Зоны. Сквозь прозрачные стены за заключенными следили охранники с вышек. И оба эти обстоятельства были только на руку Павлу…

Он ужинал и внимательно посматривал по сторонам.

Он чувствовал себя так, словно сейчас ему предстояло выйти на сцену перед большой аудиторией.

Ему необходимо было хорошо сыграть свою роль.

Украдкой он разглядывал зрителей: Дизель, заняв свое обычное место, низко наклонившись к тарелке, торопливо поглощал кашу; немного припозднившийся Черный Феликс сидел за угловым столом, ел неторопливо – его никто ни в чем не ограничивал – ни во времени, ни в еде; рядом с Феликсом, заняв сразу два табурета, восседал говорливый толстяк Че – предводитель «политических». Как обычно, он что-то втолковывал чернокожему соседу, время от времени хлопая ладонью по столу, словно расставляя акценты. Брат Хью, смотрящий за первым бараком, один из главарей «уголовной» группировки беседовал с Топором – бригадиром четвертого отряда, тоже не последним человеком в лагере. Узкоглазый Уксус – правая рука Брата Хью – почти ничего не ел, слушал своего босса, что-то порой негромко подсказывал.

Весь высший свет собрался здесь сегодня.

Павел решительно отодвинул тарелку.

– Доедать не будешь? – спросил Рыжий.

– Нет.

– Я доем?

– Доедай.

Павел поднялся со скамьи.