– Дышит… Черт, у него же башка пробита!

– Кость цела, не трогай. Просто скальп немного сполз. Заживет.

– Эй, Писатель…

«Писатель – это я», – пришла в гудящую голову ясная мысль. И только после этого Павел вспомнил свое настоящее имя. Вспомнил все, что произошло… когда?.. секунду назад? минуту? час?..

Он попытался открыть глаза, застонал, шевельнул рукой. Голова отозвалась болью на его движение.

– Кажется, приходит в себя.

– Воды дайте сюда!

– Черт, да у него же вся подушка в крови!

– Ладно, что не в дерьме…

Голоса теперь звучали нормально.

Голоса товарищей.

Павел сумел открыть один глаз. Левый.

Увидел лицо Гнутого.

– Ну как ты? – спросил друг.

Что-то в его лице было неправильно.

Опухший нос, заплывший глаз.

– Что случилось? – беззвучно шевельнул губами Павел.

– Что? – не расслышал Гнутый.

В поле зрения появилось еще одно лицо. Совсем незнакомое… Хотя… Что-то в нем было…

– Рыжий? – попытался угадать Павел.