– В каюту! – хрипло прошептала Волкова, когда первая волна оргазма перестала спазматически колотить ее.

Генерал наспех натянул брюки, подхватил полуголую Нину на руки и зашагал в сторону их балкона. Там он перебрался через перильца, пинком открыл незапертую дверь и бросил Волкову на кровать.

– Постой. – Она метнулась к шкафу, где оставила свою тощую косметичку. Извлекла из нее миниатюрный мобильник, глянула на экран и вслух прокомментировала: – Два пропущенных.

Пимкин стоял на фоне освещенного желтоватым светом окна, сунув руки в карманы. Он в этот момент был похож на демона, пришедшего за чьей-то давно разменянной душой.

Она подошла к нему и встала рядом, так и не решив, что делать дальше. Как-то сумбурно все получилось.

– Я знал, что Слава Торик прав, – очень тихо произнес генерал, не вынимая рук из карманов. – Он ведь неоднократно предупреждал, что тебе не стоит доверять. Федералы всегда работают на два фронта. И ты построила очень грамотную линию поведения, чтобы втереться к нам в доверие. Затем, когда выяснилось, что существует некий артефакт, тебе поступила новая вводная: разузнать, где он находится, а при соответствующей возможности – пройти с нами весь путь и предоставить ценнейшую находку своему начальству. Ведь мы до сих пор не знаем, что это. Не исключено, что – оружие.

– Все-таки ты категоричный негодяй, – бесцветным тоном произнесла Волкова.

– Просто я учусь любить жизнь. И не желаю, чтобы интересы нескольких коррумпированных подонков с Лубянки встали мне поперек глотки. Я хочу довести ребят до артефакта, если он в самом деле существует, и помочь им положить конец бессмысленному истреблению людей.

– Звучит красиво.

– А мне насрать, как это звучит.

Волкова набросила на себя куртку, прикрывая обнаженную грудь, и вышла на балкон. Она долго стояла, не оборачиваясь, поэтому генерал не видел ее лица. Затем выключила мобильник, извлекла аккумулятор и со всего размаху швырнула их в море.

Волны плотоядно сглотнули неожиданную добычу.

– Вот и все. Теперь мне одна дорога – под трибунал. А что еще вернее – пуля промеж бровей.

– Симпатичных, между прочим, бровей. – Генерал обнял сзади за плечи полковника ФСБ Нину Волкову, только что нарушившую присягу. – Бровей, возбуждающих непотребные желания.

– Брови его уже возбуждают. Извращенец.

– Какой есть.

– И когда ты собирался меня разоблачить? – резко разворачиваясь к Пимкину лицом, поинтересовалась она.

– Никогда.

– То есть… как? Что-то не вполне понимаю. Ты же противоречишь сам себе.

– Отнюдь. Просто если бы ты не избавилась от телефона до того, как мы сойдем на пристань в Тель-Авиве, – я бы тебя убил.