Изнутри верфь выглядела подавляюще – ее размеры, даже по сравнению с «Эскалибуром», были несопоставимо велики. Она легко вместила бы на своих стапелях еще шесть, а то и семь таких кораблей, и еще осталось бы место для чего-нибудь мелкого, незначительного. Сейчас все это великолепие было отдано «Эскалибуру» и еще двум эсминцам, замершим неподалеку. Соломин догадался, что эти корабли предназначены для него, но вообще масштаб работы имперской разведки впечатлял. Только сейчас до капитана начало доходить, что операции и впрямь придается серьезная роль в политике Российской империи, и курируется она с самого верху.

Линейный крейсер своим ходом в ворота мог войти разве что теоретически. Обычно корабли таких размеров подтаскивали буксиры, а потом их подхватывали силовым полем и плавно затягивали внутрь, однако сейчас буксиры запаздывали, и пилоты «Эскалибура» показали местным штафиркам класс, с ходу затормозив точно перед воротами, да так, что буксиры были уже не нужны. После этого, не давая работникам верфи опомниться, двигатели дали короткий импульс, и корабль величественно вплыл внутрь гигантской металлической бочки, которой, собственно, и была верфь. Минуту спустя корабль уже покоился на посадочных платформах, опустившись на них так мягко, что момент касания смогли зафиксировать лишь самые чувствительные приборы.

Когда встречающие подошли к трапу «Эскалибура», их поведение было внешне совершенно спокойным, однако абсолютно белые лица выдавали, насколько они перепугались. Соломин их прекрасно понимал – вид броненосной горы, пилоты которой нарушают все инструкции и которая может развалить верфь на куски просто чуть-чуть промахнувшись, – это зрелище не для слабонервных. И не факт, что спасут системы защиты, потому что неторопливо двигающийся объект массой в сотни тысяч тонн обладает колоссальной инерцией, быстро остановить такой корабль физически не получится, и тем, кто окажется в разгерметизированных от удара отсеках орбитальной верфи, не позавидуешь. Это еще не учитывая, что тех, кто не успеет убежать, просто раздавит, а сама верфь от такого удара может запросто сойти с орбиты.

Однако начальник верфи и ее главный инженер держали марку – мол, и не такое видали. Хотя, кто знает, может, и видали – Черный Новгород имел широчайшую клиентуру, люди сюда залетали разные, в том числе и те, для которых единственным правилом было не признавать никаких правил. Впрочем, этих на Черном Новгороде быстро отучали от излишней самонадеянности – мягкими и всепрощающими власти планеты назвать было сложно.