Первыми под удар попали авианосцы, что, в принципе, и предполагалось. Вот только били по ним не орудия «Эскалибура», а «Альбатрос» и эсминцы. Линейный же крейсер обрушил всю свою сокрушительную мощь на французские линкоры, развернутые к нему наиболее уязвимой кормовой частью и представлявшие из себя великолепные мишени.

Ситуация в космосе имеет свойство меняться очень быстро, но все же прежде, чем французские линкоры оставили в покое флот Нового Амстердама и развернулись навстречу новой угрозе, им досталось здорово. Один из линкоров, лишившись хода, вывалился на досветовую скорость и присоединился к своему товарищу, который уже почти прекратил огонь, лишь огрызаясь на эсминцы. Хотя из восьми эсминцев Нового Амстердама в строю тоже осталась ровно половина – два были уничтожены, еще два получили такие повреждения, что сейчас отползали в стороны, остальные поспешно разорвали дистанцию. Раненый лев оказался не по зубам своре собак.

Еще один линкор, тот, что уже щеголял разбитым носом, внезапно исчез в ослепительной вспышке взрыва – очевидно, снаряд достал до реактора, а два линкора, нахватавшись ракет, тем не менее частично сохранили боеспособность. Таким образом, против «Эскалибура» осталось три линкора, из которых только один не имел заметных повреждений. Однако и он, обнаружив себя, стал для них целью номер один. Три сохранивших ход линейных корабля и пытающийся изображать стационарную батарею четвертый все еще превосходили старый линейный крейсер по количеству орудий почти вдвое, и все они открыли ураганный огонь.

Единственный сохранивший частичную боеспособность линкор Нового Амстердама продолжал вести огонь, но ход начал замедлять, постепенно отворачивая в сторону. Некрасивое для стороннего наблюдателя, но тактически абсолютно правильное решение – все равно особой помощи он в нынешнем состоянии оказать не мог, зато подвергался риску получить шальной снаряд с «Эскалибура». Французские линкоры огрызнулись в его сторону напоследок, но уже на развороте, неприцельно, и на том активное участие последнего из амстердамских линейных кораблей в бою закончилось.

Между тем сражение, которому, несмотря на относительно малую масштабность, впоследствии довелось попасть в учебники Нового Амстердама как каноническое и эпическое, продолжалось. «Альбатрос» удачно отстрелялся по одному из авианосцев, сумев поразить его двигатели и выбросив со сверхсвета в компанию к «охромевшим» линкорам, но второй успел в это время развернуться и открыть по крейсеру плотный, хотя и малоэффективный вследствие приличной дальности и небольшого калибра орудий, огонь, решительно идя на сближение. Крейсера и эсминцы решительно последовали за ним, и защита «Альбатроса» моментально оказалась на пределе возможности – все-таки она не была рассчитана на то, что по кораблю начнет бить целая эскадра. Эсминцы, тоже поучаствовавшие в расстреле авианосца, оказались в еще худшем положении – их силовые поля были слабже и грозили не выдержать обстрела.